«Чемпионами лошади не рождаются…»

21 ноября в 12:07
6 просмотров

Вряд ли кому сейчас нужно рассказывать, что такое в нынешнем виде сельское хозяйство. Совхозы, колхозы в большинстве своем приказали долго жить. Те, которые держатся на плаву, выживают из последних сил. На грани разорения до недавнего времени был и конезавод «Карачаевский», с одной лишь разницей, что желающих заполучить это уникальное хозяйство в любом состоянии было хоть отбавляй.
Не оговорилась, назвав хозяйство уникальным. Детище первой пятилетки он расположен в десяти километрах от Кисловодска, а территория его тянется с юга на север узкой полосой протяженностью 60 километров.
Долгое время конезавод был в большой силе. Здесь по-современному грамотно, с размахом и выгодой развивали животноводство. Держали крупный рогатый скот, овец, и, конечно же, лошадей. К ним любовь тут исстари. Они – косяками в степи, под седлом, в легкой упряжке.
Вряд ли кому сейчас нужно рассказывать, что такое в нынешнем виде сельское хозяйство. Совхозы, колхозы в большинстве своем приказали долго жить. Те, которые держатся на плаву, выживают из последних сил. На грани разорения до недавнего времени был и конезавод «Карачаевский», с одной лишь разницей, что желающих заполучить это уникальное хозяйство в любом состоянии было хоть отбавляй.
Не оговорилась, назвав хозяйство уникальным. Детище первой пятилетки он расположен в десяти километрах от Кисловодска, а территория его тянется с юга на север узкой полосой протяженностью 60 километров.
Долгое время конезавод был в большой силе. Здесь по-современному грамотно, с размахом и выгодой развивали животноводство. Держали крупный рогатый скот, овец, и, конечно же, лошадей. К ним любовь тут исстари. Они – косяками в степи, под седлом, в легкой упряжке.
К слову сказать, при создании конезавода среди племенных лошадей насчитывалось четыре легендарных жеребца – производители – Борей, Даусуз, Шаман, Таган, 300 конематок, 420 голов молодняка – пестрых по происхождению и типу кабардинских и карачаевских лошадей и их помесей с разными породами.
В бытность директором ныне покойного Хыйсы Аджиева дипломами ВДНХ, различных других выставок можно было оклеить не одну контору. Редкое чутье было у этого руководителя на таланты.
Село Красный Курган, в центре которого расположена контора конезавода, обогатилось иным, приближающимся к городскому, содержанием во времена директорства Хасана Мамаева. Благодаря ему село было газифицировано, построена центральная магистраль водопровода… Дела же самого хозяйства оставляли желать лучшего. В долгах, как в шелках. Являясь государственным, – таковым и остается по сей день – конезавод имел в свое время большое коммунальное хозяйство, которое впоследствии стало тяжким бременем. Коммунальное хозяйство распродали, но от этого легче не стало.
Тем не менее, госплемконезавод держался. В 1980 году, к примеру, в нем имелось 1250 племенных лошадей. Кроме них – крупный рогатый скот швицкой породы, тонкорунные овцы…
Через несколько лет это уже многоотраслевое хозяйство выращивает зерно, картофель, фрукты, разводит овец, коров, естественно, лошадей. В хозяйстве их более тысячи, в том числе 26 лошадей чистокровной английской породы…
А дальше все по наклонной. Злополучные 90-е: распад межхозяйственных связей, распад СССР, дефолт и многое другое… Со всем этим напрямую связанным окажется и бедственное положение госплемконезавода «Карачаевский»…
…В прошлом году хозяйство возглавил новый директор – Радмир Биджиев. Естественно, «веселенькая» картина ему не «светила»: одни долги, а поголовье лошадей и двухсот голов не достигает. Первое, что сделал молодой директор, – уселся в кабинете и стал знакомиться с документами, цифрами. Надо было вдуматься в них, чтобы трезво и по-деловому оценить положение, из которого коллективу придется выбираться.
– Разумеется, задача была одна – не только не сбрасывать поголовья, – рассказывает Радмир Сосланбекович, – но увеличить его любыми способами, что мы и сделали. Сейчас в хозяйстве 300 лошадей карачаевской породы и 30 – англо-карачаевской.
Тут мы немного с Биджиевым отвлеклись, но не далеко от темы, а скорее в тему после первой части слова «англо…» Думаю, это будет и читателю интересно.
Великолепные качества английской породы лошадей породили немало легенд и сказаний чистокровной английской лошади. Родословная каждой непременно должна вести к одной из отборных пятидесяти королевских кобыл, имена которых занесены в государственную племенную книгу Великобритании «Студбук».

Так вот, в 1990 году известный жокей, призер многих государственных международных конкурсов стипль-чезов (скачки с препятствиями) Махмуд Токов, который работал тренером на конезаводе, был приглашен в качестве почетного гостя в королевскую резиденцию Великобритании, где попал на прием к самой королеве – матери. В Англии Махмуд увидел и Милрифа – живую легенду 80-х годов, национальную гордость британцев, скаковую лошадь чистокровной английской породы, не проигравшую ни одной международной скачки. Лошадь произвела на него такое впечатление, что Виндзорский дворец с королевой Елизаветой просто-напросто «отдыхал…» и, конечно же, он загорелся желанием купить английского племенного жеребца – сына милрифа. Чего ему это стоило, знает один Токов, но вскоре у него появился гнедой жеребец великолепного экстерьера. Его драгоценная – в прямом и переносном смысле – собственность.
Вообще скажу честно, Радмир Сосланбекович меня приятно удивил. Выйдя из стен Донского сельскохозяйственного института, работал совершенно в другой сфере: поначалу тренером по вольной борьбе, поскольку сам является мастером спорта по вольной борьбе, был заместителем председателя райсовета в районе. Но о лошадях он знает столько, что заслушавшись его замечательным, рассказом о чистокровных породах, я даже не заметила как мы пришли к конюшням.
– Предстоящая зимовка вызывает какую-либо тревогу? – спрашиваю, заметив сложенные под навесом рулоны сена.
– Думаю, что нет. Готовились к зиме серьезно.
– А что для лошади представляет гастрономический интерес?
– Что касается табунных лошадей, им интересны лишь сено да солома. В любую непогоду загони табун в затишки да положи перед ним солому, чтобы он безостановочно жевал. Это, в свою очередь, гарантия того, что лошадь не похудеет, не продрогнет. А наши, табунщики – Магомед Каппушев и Зулкарнай Чомаев – настолько преданные лошадям, настолько люди добросовестные, что не передать словами. В принципе, в коневодстве многое, если не все, определяется личными качествами тех, кто этой работой занимается. Убедитесь в этом, побывав в наших конюшнях.
В конюшнях чисто. Машут вилами, скребницами без устали конюхи Алексей Павленко и Мурат Салпагаров.
– Это Сенат – жеребец карачаевской породы, – экскурсию по конюшне проводит начальник отдела коневодства Казбек Байчоров, – это чистокровка – Диплом, а это арабский жеребец – Дуэт…
Пока Таулан Хачиров, наш фотокор, делает снимки бьющего гневно копытом «арабчонка», невольно думаешь: какое удивительное существо – лошадь! Какое другое животное, едва явившись на свет, столь близко к совершенству? Ведь не проходит и двадцати минут его жизни на свете, как он отрывает свое хрупкое тельце от земли и встает на колени, а потом во весь рост!
– Радмир Сосланбекович, я смотрю, у этих лошадей просто хоромы: у каждой свой денник, поилка, кормилка, а кормите чем?
– В рационе – сено, овес, отруби, комбикорма, – отвечает вместо директора Алексей Павленко, – для своих любимцев ничего не жалко.
– Это и понятно, в иных странах породистым лошадям вслед за овсом преподносят глоток пива, – то ли острия, то ли правду говорит наш Таулан, но для меня главное в этот момент, что освободился «хозяин» Дуэта Сапар Биджиев, сын моего старого знакомого Сегдула Биджиева.

Сегдул проработал на конезаводе всю свою сознательную жизнь конюхом – бригадиром косяка производителей, и помнится, спроси его про любую лошадь, и он начинает сыпать именами – ее матери и отца, двух бабок и двух дедов, четырех прабабок и четырех прадедов. Так вот, он сегодня создал на конезаводе, причем, прямо в конюшне, музей, посвященный карачаевской породе лошадей. Все стены в нем увешаны фотоснимками знаменитых лошадей, от которых и пошли так называемые «линии» карачаевской породы и про которых в народе вспоминают похожие на легенды и мифы случаи.
Кстати, все три сына Сегдула пошли по стопам отца и у всех троих имена начинаются с первой буквы имени отца – Салис, Салех, Сапар. Это закон имяобразования у породистых лошадей. Сегдул последовал ему и в своей семейной жизни.
Частенько для нас герой лишь тот, кто освещен «юпитерами». На конезаводе дела обстоят не так – здесь помнят и знают цену каждому, кто проработал долгие годы и внес свой вклад в дело развития коневодства. Вот Радмир Биджиев – человек молодой, 1975 года рождения, и не местный – из Кызыл-Покуна родом, а знает по именам ветеранов, все об их делах, давнишних успехах. К примеру, о том, что только Исхаку Кубанову доверяли в свое время чистокровного жеребца, а через руки Солтана Эркенова, Эльбруса Алиева и его сына Умара прошли все знаменитости, снискавшие славу госплем конезаводу, и потому, несмотря на пока еще трудное свое состояние, хозяйство находит резервы, чтобы оказать посильную помощь не только работникам завода, но и пенсионерам, которые отдали столько сил для того, чтобы о карачаевской породе лошадей заговорили как об одной из самых самобытных и ценных пород во всем мире. И это не преувеличение. После того как конезавод был создан в 1930 году по спецзаданию маршала Буденного и исключительно для нужд армии, лошади из Карачаево-Черкесии стали «специализироваться» на пограничной службе, и где только не были востребованы – в средней Азии, на Дальнем Востоке и в других регионах страны.
– Радмир Сосланбекович, по-моему, теперь самое время поговорить о том, как ведется племенная работа на конезаводе? И почему в Карачаево-Черкесии, как уверяют некоторые, мало высокопородных лошадей по сравнению с Карардино-Балкарией, Северной Осетией, Ставропольским краем?
– Сначала дам ответ на последний вопрос. Соответственно, это будет ответ на все вопросы. Одна из причин – отсутствие ипподрома. Нынче многие рассуждают так: кому нынче нужны ипподромы в столь нелегкое время. Да, человечество от их отсутствия не погибнет. Но оно обеднеет. А лошади… без селекционной работы, без прилива свежей крови, вырождаются, становятся низкорослыми. Это превращение происходит стремительно – в двух-трех поколениях. Вот могучий скакун с поджарым телом, высокими ногами. А пусти на самотек работу – и уже перед тобой низкорослые, грубые лошади, лохматые, неуклюжие. А ипподромы – это те же полигоны, где идет селекционная работа, отбор наиболее стремительных и выносливых животных. Ради будущих поколений. Но пока за отсутствием одного (ипподрома) делаем все, чтобы улучшить племенную работу. Это не только тщательный уход, но и возможность использовать на полную катушку многолетние отличные пастбища, так как овцеводство сведено на нет.
– Да, но разве это плюс в вашей работе?
– Во-первых, это было до меня, а во-вторых, все правильно. Конечно, лошадь и овца – антагонисты. Там, где прошла отара овец, лошади делать нечего.
– А вот конкретный, несомненный плюс в вашей работе, помимо роста поголовья, есть еще?
– В конезаводе работает много молодежи. И отрадно, это просится еще немало, несмотря на то, что работа не из легких.
– И последний вопрос: Это ни для кого не секрет: конезавод «Карачаевский» всегда объединял два мира – сельское хозяйство и спорт. Все спортивные успехи тренеров, жокеев перечислить – страницы газетной не хватит. Я лично была на большом спортивном празднике в Малом Карачае, когда жеребец Гурзуф Махмуда Токова выиграл приз «Дерби» – один из самых дорогих и престижных во всем мире. Правда, это было так давно, чуть ли не 20 лет тому назад… – В ваших конюшнях есть лошади, которые нас порадуют в ближайшем будущем?
– Чемпионами лошади не рождаются, а становятся. Наш коллектив, уверен, способен на многое. Ну а лошадей вы видели.
Видела. При виде них ничего на ум, кроме слов Бальзака не идет: «Нет ничего красивее фрегата под всеми парусами, женщины, когда она танцует, и лошади в галопе». Остается лишь пожелать конезаводу «Карачаевский», чтобы он, как тот жеребенок, оторвал свое хрупкое тельце от земли, и сразу во весь рост, затем – галопом по Европе!
 со своим любимцем Дуэтом, для Алексея ПАВЛЕНКО любая лошадь – сказка!

 

Поделиться
в соцсетях