Будь всегда готов к бою!

18 февраля в 05:55
4 просмотра

Пятнадцатого февраля наша страна отметила День памяти воинов-интернационалистов, исполнявших служебный долг за пределами Отечества, а зачастую – и под грифом полной секретности. Одним из тех, кого сегодня называют «солдаты необъявленных войн», был и наш земляк, житель аула Бесленей Хабезского района Данияль Гуков.
Из послужного списка:
Призван в армию 20 июля 1966 года.
1966 – 1968 гг. – Центральная школа военного собаководства.
1968 – 1969 гг. – Московское общевойсковое командное училище.
1969 – 1975 гг. – Группа советских войск в Германии (ГСВГ).
1975 – 1983 гг. – Казахская ССР. Среднеазиатский военный округ. Начальник штаба батальона, затем – командир батальона.
Ноябрь 1983 – октябрь 1985 г.г. – Республика Ангола. Советник командира 16-й мотопехотной бригады по подготовке личного состава батальонов. Участник боевых действий.
1985 – 1992 гг. – Астрахань. Областной военный комиссариат.

Пятнадцатого февраля наша страна отметила День памяти воинов-интернационалистов, исполнявших служебный долг за пределами Отечества, а зачастую – и под грифом полной секретности. Одним из тех, кого сегодня называют «солдаты необъявленных войн», был и наш земляк, житель аула Бесленей Хабезского района Данияль Гуков.
Из послужного списка:
Призван в армию 20 июля 1966 года.
1966 – 1968 гг. – Центральная школа военного собаководства.
1968 – 1969 гг. – Московское общевойсковое командное училище.
1969 – 1975 гг. – Группа советских войск в Германии (ГСВГ).
1975 – 1983 гг. – Казахская ССР. Среднеазиатский военный округ. Начальник штаба батальона, затем – командир батальона.
Ноябрь 1983 – октябрь 1985 г.г. – Республика Ангола. Советник командира 16-й мотопехотной бригады по подготовке личного состава батальонов. Участник боевых действий.
1985 – 1992 гг. – Астрахань. Областной военный комиссариат.

С 1992 года – подполковник в отставке. Имеет ряд правительственных наград. За участие в боевых действиях на территории Республики Ангола награжден памятными и Благодарственными грамотами.
 Нельзя сказать, что в Анголу он попал неожиданно, поскольку вся его предыдущая военная служба предполагала такой вариант. И вот, пройдя специальные курсы «Выстрел» в Подмосковье, Данияль Гуков был направлен в Африку.
– В то время нас часто посылали исполнять интернациональный долг, это трактовалось как помощь другим странам в совершенствовании их армии. Отказаться не было варианта – чревато последствиями. Вот и ехали, куда посылали, без долгих разговоров, – говорит Данияль Ибрагимович.
 Короткое «так точно» и недолгие сборы. Пара чемоданов, немного денег, документы. Поскольку официально другой войны в Анголе не было, кроме внутренней межпартийной, то ехали они туда как гражданские лица, с обычными профсоюзными билетами, сдав свои партбилеты. А вся корреспонденция шла в Москву на почтовый ящик.
 – Друзья и знакомые думали, что там я и служу – в Москве, – улыбается Гуков, вспоминая те долгие два года, которые он провел в чужой стране, участвуя в чужой войне не за свою родину, не за свою землю, не за свои интересы.
Перед спецкомиссией по загранкомандировке сослуживец пожелал Даниялю удачи, дав краткую, но емкую оценку своей уже бывшей поездке в Анголу:
– Служить можно, но лучше не в 16-ой мотопехотной.
Но, конечно же, Гукову «посчастливилось» угодить именно в эту бригаду, когда в ноябре 1083-го он прибыл в далекую Африку.
 – В то время это была весьма слаборазвитая страна. Бывшая португальская колония, и этим все сказано, – так характеризует «свою» Анголу Данияль Ибрагимович. – Цивилизация чисто условная, то, что осталось после португальцев. Хотя в более крупных городах все было вполне современное, на периферии – почти на первобытном уровне.
 Борьба за власть между разными партиями в Анголе началась в середине семидесятых и длилась до 2002 года. СССР тогда поддерживал Народное движение за освобождение страны (МПЛА) – помогал ему оружием, специалистами, советниками. Против МПЛА и ФАПЛА боролись соседние Заир и ЮАР – Южно-Африканская Республика, которые были на стороне УНИТА. В восьмидесятые это уже было устоявшееся противостояние, в жернова которого и попал новоприбывший советник командира бригады, по-кубински – «асессор».
 В областной центр Менонге он прилетел в 20-х числах ноября 1983 года. Но возможности следовать дальше (еще 120 км) к месту назначения – в Куито Куанавале – не было еще месяц.
– В такой заминке был и свой плюс, – улыбается Данияль Ибрагимович. – За время, вынужденно проведенное в Менонге, я освоил смежные специальности киномеханика и помощника оперативного дежурного. С помощью переводчика Артура Кушхова, моего земляка, составил себе русско-португальский словарь с военным уклоном, который потом мне очень пригодился.
В ту самую «роковую» 16-ую мотопехотную бригаду Гуков попал лишь в декабре, сразу же оказавшись в боевой обстановке – обстрелы и перестрелки с разведкой УНИТА в Куито были обычным явлением. Небольшая деревушка на юге Анголы, неподалеку от границы с Намибией имела скорее политическое, нежели стратегическое значение. Тем не менее, унитовцы оказывали ей постоянное внимание, и приходилось постоянно быть начеку.
 Обосновавшись и познакомившись со всеми, Гуков приступил к выполнению своих обязанностей, которых у советников была уйма. Распорядок дня – боевая и политическая подготовка, разведка, колонны в Менонге, перестрелки, обстрелы – все, как обычно, да еще дежурство по миссии. Это – приготовление завтрака, обеда и ужина. Ночью необходимо подготовить политинформацию, то есть успеть записать за диктором все новости и утром довести их до всех, чтобы асессоры не отрывались от Родины
 – Мой рабочий день начинался с обхода территории вокруг штаба батальона, – вспоминает Данияль Ибрагимович. – Затем я проверял роты и ежедневно заставлял личный состав убирать территорию. Кроме этого приходилось вмешиваться и в работу тыловиков: как кормят, как одевают, как обеспечивают боеприпасами, магазинами, подсумками. Снабжение было не очень. У нас в миссии была одна каска на всех, ни одного противогаза, хотя неоднократно предупреждали о возможном применении ОВ.
 Вооружение у ангольцев было советское. Стрелковое оружие – тоже. Танки Т-34 старые. Некоторые приходилось закапывать на позициях и использовать как обычные орудия, перетаскивая с места на место трактором. Были на вооружении БМП, БТРы, самолеты и вертолеты. Кстати, авиация вынуждена была взлетать своеобразно. При подъеме и посадке необходимо было сначала сделать несколько кругов над аэродромом, чтобы набрать высоту, а уж потом лететь куда нужно. На малой высоте их легко сбивали.
– Трудно им приходилось, вспоминал Данияль Ибрагимович, обстрелы не прекращались, нападения на колонны и боевые отряды были регулярно. Иногда по численности вражеские группировки значительно превосходили части фапловских бригад. И вся надежда была лишь на военное умение и сноровку, которые приходилось обретать непосредственно в Анголе, поскольку обучающих трактатов с учетом специфики не было и в помине. Учась сами, учили ангольцев, которые, естественно, знали, что советские военнослужащие там для того, чтобы научить их защищать свою землю. Но общая неграмотность в стране, бедность – все это сказывалось.
Снимков ангольского периода у Гукова остались сотни. Благо, с фотоматериалами ему помогали, и все необходимое для проявки и печати имелось в достатке. Свои фото он с удовольствием дарил местному населению, для которого увидеть себя на бумаге было в диковинку. Общались на помеси местного с русским. Переводчик был один на всех и выделялся не более, чем на час-полтора. Составленный ранее словарь очень помогал Даниялю..
 Он завел себе рабочую тетрадь, где на первой странице написал: «Главная задача! Заставить офицеров думать, проявлять инициативу и быстро принимать решения. SEMPRE ESTEJA PRONTO PARA COMBATE – будь всегда готов к бою!».
 А уж боев хватало. Деревня Куито была важна и тем и другим как форпост – районный центр политического значения в отрыве от главных сил. Все было обкопано траншеями, и бригада порой почти круглосуточно сидела в них. Местное население тоже приучили к окопам и благодаря этому многие сохранили себе жизнь. А в остальном – на войне, как на войне.
 – Привычка появилась – не сворачивать с дороги. По тропам не ходили, только по асфальту. Все время ждешь – откуда прилетят пули, и какая из них моя будет? И мысли – за что?
 Кроме обстрелов и атак сильно досаждала малярия, перебои с питанием, отсутствие нормальных условий жизни. Вода хоть и прозрачная, а не выпьешь. Кипятили ее постоянно – для умывания, купания, употребления в пищу. Посуда находилась постоянно в кипящей воде. Иначе – амебиаз кишечника был обеспечен. Все благоустройство – своими руками, используя подручные средства. В основном на это шли запчасти имеющейся в наличии техники. Зато была возможность подогревать воду, добывать электричество и даже печь хлеб. Когда нашего солдата не выручала собственная смекалка?
 Свои впечатления – и боевые, и мирные асессор Данияль фиксировал на свой страх и риск. Если бы кто-нибудь в то время обнаружил его короткий документальный «Дневник советника комбата» проблемы были бы серьезные. Лишь по истечении двух десятилетий обнародовал Даниель Ибрагимович эти записи, которые долго лежали у него дома…
 Прошло уже много лет, как наш земляк вернулся из Анголы. Живет в Астрахани. Есть две дочери, внуки, интересная работа. До сих пор, рассматривая фотографии тех времен, перечитывая свои записи, Данияль Гуков вспоминает те годы. И как это ни странно – воспоминания вызывают положительные эмоции:
– В Анголе я научился ценить жизнь, каждый прожитый день.

Лариса НИКОЛАЕВА
Поделиться
в соцсетях