В сердце навсегда

30 июня в 08:11
4 просмотра

Великая Отечественная война оставила в нашей стране след в судьбе каждой семьи. И семья Озовых из аула Инжич-Чукун не исключение.
Моя бабушка Льёстанхан (на снимке) рано потеряла мужа Даута (в 1929 году). Ей было 39 лет, а на руках – пятеро несовершеннолетних детишек. Старшему, Муссе, было 16 лет, дочери Джанпаго – 15, Шамсудину (Щаме) – 13, Туркбию – 10 и самой младшей – моей маме Аскерхан (Сакук) – 8 лет.
Бабушка прошла через все горести тех голодных лет и вырастила всех детей здоровыми, воспитала благоразумными и добропорядочными людьми. Однако война разрушила все мечты матери – один за другим ушли на фронт её сыновья.  
Средний сын Шамсудин (на снимке в середине) находился на военной службе, когда началась Финская война, в которой он участвовал с 39-го по 40-й год. Вернуться домой не успел – в сорок первом был отправлен на фронт.
Согласно полученной справке Центрального Архива Министерства обороны Российской Федерации приказом 12-й армии № 0101 от 15 апреля 1942 года ему было присвоено воинское звание «младший лейтенант» и он был назначен командиром стрелкового взвода № 978 стрелкового полка 261-й стрелковой дивизии.

Великая Отечественная война оставила в нашей стране след в судьбе каждой семьи. И семья Озовых из аула Инжич-Чукун не исключение.
Моя бабушка Льёстанхан (на снимке) рано потеряла мужа Даута (в 1929 году). Ей было 39 лет, а на руках – пятеро несовершеннолетних детишек. Старшему, Муссе, было 16 лет, дочери Джанпаго – 15, Шамсудину (Щаме) – 13, Туркбию – 10 и самой младшей – моей маме Аскерхан (Сакук) – 8 лет.
Бабушка прошла через все горести тех голодных лет и вырастила всех детей здоровыми, воспитала благоразумными и добропорядочными людьми. Однако война разрушила все мечты матери – один за другим ушли на фронт её сыновья.  
Средний сын Шамсудин (на снимке в середине) находился на военной службе, когда началась Финская война, в которой он участвовал с 39-го по 40-й год. Вернуться домой не успел – в сорок первом был отправлен на фронт.
Согласно полученной справке Центрального Архива Министерства обороны Российской Федерации приказом 12-й армии № 0101 от 15 апреля 1942 года ему было присвоено воинское звание «младший лейтенант» и он был назначен командиром стрелкового взвода № 978 стрелкового полка 261-й стрелковой дивизии.
Четвёртого мая 1942 года в районе села Красное озеро Луганской области (бывшей Ворошиловградской) в Украине 23-летний комвзвода Озов был тяжело ранен и отправлен в госпиталь в город Орджоникидзе. В результате по состоянию здоровья Шамсудина демобилизовали домой. Но, видимо, так было предначертано судьбой – вернуться, чтобы похоронить свою мать.
Прожившая до настоящего времени 94-летняя соседка Озовых и подруга моей матери Аскерхан (Кажа) Газизовна Гонова  (в девичестве Цекова) хорошо помнит мою бабушку и многое мне рассказала. «Она была очень доброй, обожаемой всеми женщиной. Её ласково называли Даудой. После того как мы потеряли родителей, она взяла на себя покровительство надо мной и моими братьями. Тогда я работала в колхозе от зари до зари, чтобы прокормить себя и своих братьев. У Льёстанхан был свой сепаратор, что было большой редкостью в то время. Рано утром я доила корову – нашу единственную кормилицу, а затем по пути за водой на речку – в одной руке ведра с коромыслом, а в другой – бидон с молоком, заходила к  Дауде. В конце недели она мне передавала готовый сыр, масло, айран. Это продолжалось долгие годы.
…Тогда, в один из сентябрьских дней сорок второго, по аулу пронеслась страшная весть о том, что на город Баталпашинск сброшена бомба. Среди погибших были Дауда и ещё две наши землячки – Макерхан Магометовна Кикова с дочерью Хурмаджан. Как только я услышала о случившемся, сразу же побежала к Озовым. Что творилось в тот день, невозможно передать словами: родственники падали в обморок, плач женщин разносился по всей округе. Мы с Шамсудином были среди тех, кто ездил за телами погибших. До сих пор перед глазами стоит эта жуткая картина. Место, куда была сброшена бомба, было усыпано телами. Мы нашли своих и только к утру вернулись в аул».
В послевоенное время Шамсудин работал в колхозе нашего аула, женился, со своей супругой Лягуаш воспитали трех прекрасных сыновей: Толю, Рашида и Рауфа. А также дочь Аминат, которая в настоящее время живет в Украине. Шамсудин был замечательным отцом как в своей семье, так и для нас, пятерых его племянников и племянниц.
В 1959 году мы потеряли отца, когда мне, старшей его дочери, было лишь 9 лет. Шамсудин окружил нас ежедневной заботой. Он обеспечивал нас практически всем. Контролировал учебу в школе. В том, что каждый из нас получил ту или иную специальность, огромная доля его труда.
С годами полученные ранения напомнили Шамсудину о себе. Увидеть счастье своих детей и внуков он так и не успел. В 1970-м на пятьдесят четвёртом году жизни Шамсудина не стало.
Бывший директор совхоза «Хабезский» Каншао Мурзабекович Арашуков тепло  вспоминает моего дядю и рассказывает, каким он был надежным товарищем, ответственным работником, совестливым, совсем немногословным человеком, за что его любили и уважали. Не было совещания, где бы товарища Озова не ставили в пример за высокие результаты в работе, за его порядочность. Он работал на самом ответственном участке животноводства – выведении молодняка маточного поголовья овец. Выращивал по 85 ягнят от каждых 100 овцематок, за что был удостоен высокого звания «Ударник коммунистического труда». Кроме того, Шамсудина наградили орденом Трудовой славы.
Старший сын моей бабушки Мусса (на верхнем снимке) уже был женат, когда ушёл на фронт. Дома остались две маленькие дочки – трёхлетняя Люба и  Гашамида, которой был всего 1 месяц. Такое же положение было у его двоюродного брата Магаруфа Харуновича Озова, оставившего маленьких сына Нуха и дочь Милю. Они жили как одна семья, называя свою маму мамой, а маму Магаруфа Хаджат – «Карча мамой». Она была карачаевкой, в девичестве Дотдуева.
Мусса и Магаруф вместе покинули отчий дом и встали в один строй на защиту своих родных, своей Родины. Как и многие мужчины в те годы, они сражались с фашистскими оккупантами до последней капли крови, надеясь, что их потомки будут жить в мире. Они были полны надежд на прекрасное будущее. Но война распорядилась иначе. Мусса и Магаруф не вернулись с войны.
Все мои усилия найти хоть какие-то данные о воинской части, в которой они воевали, и о том месте, где они получили смертельные ранения, не увенчались успехом. По данным архива Министерства обороны РФ, они числятся пропавшими без вести с 18 марта 1943 года. Хотя дочь Муссы Даутовича, Люба Экба, рассказала мне, что прекрасно помнит, как её мать Шидхан говорила о похоронке, которая пришла в 1943 году…
Самый младший сын бабушки Туркбий (на нижнем снимке) прошагал дорогами войны, что называется, «от звонка до звонка» и с победой возвратился в родной аул. Мама всегда говорила, что её братья были очень красивые, но Туркбий просто сиял, его обаяние подтверждают и сверстники, дожившие до наших дней. После войны Туркбий сначала окончил водительские курсы. Немного поработав, решил переучиться на бухгалтера. Эта профессия привела его в Зеленчукский район, где он обзавёлся семьей.  Но и его век был недолгим – в возрасте 40 лет в 1959 году Туркбий умер, так и не познав счастья отцовства.
Всё, что я знаю, я знаю из рассказов своей матери, которая всегда говорила, что люди живы до тех пор, пока о них помнят. И мы помним…

Ф. МАШУКОВА (КОПСЕРГЕНОВА).

Поделиться
в соцсетях