Все не так трудно, как кажется

16 августа в 08:29
 просмотров

Родилась Татьяна Керейтова (в девичестве Грабовец) в ауле Эркен-Юрте, на правом берегу реки Кубань. Она была одиннадцатым ребенком в многодетной семье. Мама – сельская труженица, мать-героиня. Отец – участник и инвалид Великой Отечественной войны, попал на фронт под Брестом, уже находясь на службе в армии с 1939 года. Был наводчиком артиллерийского расчета и дошел до Берлина, по всем фронтам таская на себе тяжелое орудие. А когда война закончилась, Иван Грабовец не сразу попал домой – обучал военному искусству молодежь.
– Родители мои душа в душу жили, никогда не слышали мы ни их ссор, ни повышенных тонов. Мы, дети, всегда знали каждый свою работу, мама и папа по утрам распределяли ее между нами. А вечером всегда было «подведение итогов» – говорили о том, кто и как справился с заданием, – вспоминает Татьяна Ивановна.

Родилась Татьяна Керейтова (в девичестве Грабовец) в ауле Эркен-Юрте, на правом берегу реки Кубань. Она была одиннадцатым ребенком в многодетной семье. Мама – сельская труженица, мать-героиня. Отец – участник и инвалид Великой Отечественной войны, попал на фронт под Брестом, уже находясь на службе в армии с 1939 года. Был наводчиком артиллерийского расчета и дошел до Берлина, по всем фронтам таская на себе тяжелое орудие. А когда война закончилась, Иван Грабовец не сразу попал домой – обучал военному искусству молодежь.
– Родители мои душа в душу жили, никогда не слышали мы ни их ссор, ни повышенных тонов. Мы, дети, всегда знали каждый свою работу, мама и папа по утрам распределяли ее между нами. А вечером всегда было «подведение итогов» – говорили о том, кто и как справился с заданием, – вспоминает Татьяна Ивановна.
После школы она, совсем молодая девушка, сразу пошла работать на трактор в механизированное женское звено совхоза «Эркен-Юртский», попутно поступив на заочное отделение в Пятигорский совхоз-техникум. Решение стать трактористом приняла самостоятельно, при полном родительском одобрении – с самого начала они не мешали дочери делать то, что ей нравилось. В летнюю страду уходила в поле в 4 утра – дома все еще спали, а возвращалась в 9-10 часов вечера, когда семья уже готовилась ко сну.
– Работать механизатором мне было очень интересно, – рассказывает Татьяна Ивановна. – Наставником звена у нас был Кончауби Азаматович Курмангулов, который стал нам всем вторым папой: жалел нас, оберегал, учил всему, никогда не повысив голоса.
Ей пришлось освоить работу со всеми механизмами, какие использовались в то время на полях: сеялкой, рыхлителем, окучником и прочим. Постепенно постигала все премудрости обработки пашни и ухода за растениями. А научившись, стала одной из лучших. За это время ее выбирали и депутатом: «Даже за границей пару раз побывала – в Германии и Венгрии. Да и по России много покаталась».
– Урожаи мы тогда отличные получали. Растили все, что можно: свеклу, кукурузу, подсолнух, все зерновые – пшеницу, ячмень, овес, рожь. Земля-то у нас здесь хорошая, плодородная. Семена всегда свои были – селекционная станция имелась. Отбирали лучшее, оттого и урожайность была высокой. Бывало, приезжаешь убирать кукурузное поле, а там стебли до 4 метров высотой, так что комбайн с мотовилом даже не заметен в кукурузе, представляете? Ударно трудимся, на следующий день получаем премиальные.
Так что был смысл работать хорошо и без лени. В совхозе, наверное, тогда не было ни одного поля, которое бы я не обработала за годы работы в мехзвене.
В своем звене Татьяна пробыла пять лет, ни разу не пожалев о принятом решении. И нимало не смущаясь тем, что тракторист – специальность больше мужская, чем женская. Напротив, про эту работу, которую многие считают изнуряюще-трудной и, прямо скажем, далеко не романтичной, Татьяна Ивановна говорит поэтично и проникновенно:
– Представьте: едешь весной на тракторе по полю, нарезаешь ряды на черной рыхлой пашне, затем сеешь, мысленно благословляя каждое семечко, каждое зернышко, ложащееся в землю, словно в колыбель. Летят дни, поднимается растение, пора проводить культивацию. Снова – на трактор и в ярко-зеленое поле заезжаешь, словно в море на корабле: оно тихо колышется, волной идет, а ты плавно едешь и ни одно растение не портишь. А когда время уборки настает – это и вовсе красота! Техника ровно шумит, силос бьет, словно из крана, запах зелени стоит дурманящий на всю округу… Как можно этому не радоваться?!
Что ж, увидеть в этом романтику способен далеко не каждый, но тот, кто видит, – настоящий земли хозяин.
Выйдя замуж, она сменила фамилию на Керейтову, став по прошествии нескольких лет мамой двух детей – сына Сепера и дочери Мадины. Около пяти лет семья Керейтовых жила в Черкесске. Татьяна в ту пору работала на птицекомбинате. Затем вернулись обратно в аул, где она работала в совхозе на полях.
Черно-бело-полосатой жизнь бывает у каждого. И у Татьяны выдалась черная полоса – вдруг посыпались несчастья. Сначала развод с мужем. Потом одного за другим похоронила родителей – отец умер на 85-м году жизни, а мама пережила его всего на 7 месяцев.
– Терять близких – это страшно. Оказалась одна, дети маленькие. Со смертью мамы много потеряла – просто прийти и поговорить не с кем стало. Не хватало ее мудрости, советов, доброй помощи и участия. Дети ведь не все поймут, к другим не пойдешь – у каждого свои проблемы. Вот тогда было очень нелегко.
Поднимать на ноги двух детей Татьяне пришлось самой. Но как бы трудно порой ни приходилось – воспитала, выучила и трудоустроила обоих.
– Они у меня замечательные. Всегда помогают, с самого детства. Когда с их отцом расстались, я сказала сыну: «Теперь ты у нас за мужчину. На твоих плечах ответственность за нас». И он не подвел ни разу.
Но жизнь не стоит на месте. Дети росли, хозяйством нужно было заниматься, да и работу с нее никто не снимал. В 2004 году Татьяна Ивановна устроилась в МРСК Северного Кавказа в Адыге-Хабльском районе и с тех пор работает электромонтером III разряда. Очередная «неженская» деятельность Татьяну не смущает: «Выбирать не приходится, когда у тебя на руках дети. Я ведь по образованию бухгалтер-экономист, и в моей работе все перекликается – одно помогает другому. Так что я довольна».
Тем временем Сепер получил высшее образование в Армавире, работает в администрации Ногайского района, заочно продолжает учебу в университете и всегда рядом по хозяйству. Дочь Мадина, также выучившись, вышла замуж, сейчас строит свою семейную жизнь. А их мама снова нашла себе очередную «мужскую» профессию – стала животноводом, открыла КФХ и в июне этого года получила грант на развитие своего хозяйства.
Мясное направление в животноводстве ею было выбрано не случайно. Животные у них имелись еще в родительском доме: барашки, коровы, свиньи.
– Замуж вышла, и все – то же самое, только уже без хрюшек, – улыбается Татьяна Ивановна. – После развода мы с сыном за ними ухаживали. Потом он уехал на учебу, все осталось на мне с дочерью.
Всего держали больше сотни барашек и полтора десятка коров. «Четвероногое» хозяйство выручало сильно – когда не хватало денег, скот продавали и делали ремонт в доме, потом заводили новых животных. По словам Татьяны Керейтовой, это лучше любой недвижимости, своего рода НЗ – и продать можно, и выменять на них что-то есть возможность. О своих подшефных – телятах и коровах она говорит не менее поэтично:
– Животных не любить невозможно. Особенно когда появляются маленькие ягнята или телята. Все они такие прелестные, и как ребенка каждого любишь. У каждого свое имя – Миша, Боря, Майя, Юлька. И каждый со своим норовом – есть ласковые и есть буки. Всегда разговариваю с ними, и они меня понимают.
После получения гранта в Минсельхозе Керейтовы приобрели хороший КРС мясной породы, и дело пошло на лад. Правда, работы по-прежнему хватает.
– Солнце встает – и мы с ним. Сейчас лето, жара стоит, в четыре утра встать надо, а к пяти часам наши коровушки уже пасутся. Мы с сыном только на работу идем, а они уже наелись и отдыхают. Вечером тоже раньше десяти не ложимся, а то и в 11 – есть дела домашние: постирать, поесть приготовить на завтра.
Как она все успевает, Татьяна не задумывается. Сложностей особых в тяжелом ежедневном труде не замечает:
– Все не так трудно, как кажется. Ведь когда женщина хлопочет по дому, у нее во всем порядок, все по полочкам. И если она знает, что детям нужно, то будет знать, и что коровам необходимо. Надо – значит, надо. Если есть цели, план сам складывается в вереницу дел. Это ленивому человеку и 24 часа мало будет, а я время экономить с детства приучена. Бывает, устанешь, а потом словно открывается второе дыхание.
На ферме дело построено так: берут молодняк, выращивают его, потом сдают на мясо, и оборот ширится. Но и этого неугомонной Татьяне мало. Ко всему прочему хочет она заняться еще и коневодством.
– Хочу кумыс продавать, мясо и полуфабрикаты. Конина – это вообще лучшее мясо – чистое, лечебное и диетическое, ведь кони чистым зерном питаются, совсем по другой технологии их растят. Но без поддержки здесь трудно будет, животноводство – дело затратное. По коневодству сейчас есть программы, вот думаю, потом войти в одну из них.
Этот грант она получила без всяких затруднений – все документы оказались в порядке, бухгалтерия «чистая».
– Часто говорят, что невозможно получить простому человеку помощь от государства. Но вот получила же я… Просто жить надо по совести и все каноны соблюдать, тогда все приложится…
Так и живет женщина-мать, женщина-труженица, женщина-фермер. Оставляя позади пролетающие в суете дел дни, месяцы и годы, словно охапки сена вилами в душистый стог складывает.
– Если перелистать всю жизнь по годам – с 17 лет работаю, трудовой стаж в следующем феврале будет уже 55 лет, – то по каждому году можно книгу написать.
Вспоминает она с удовольствием и свои первые трудовые будни – на тракторе. Сейчас Татьяна Керейтова сама водит машину – сын подарил, но говорит, что если придется, с удовольствием пересядет на трактор, «ведь это – совсем другое».
– Да, вся жизнь была в физическом труде, но не жалко мне ее, это была интересная, насыщенная пора, и я повторила бы ее снова, ничего бы не поменяла, разве что углы обошла бы какие-то. Когда человек сам с собой в гармонии, он все может. У меня такой принцип – чужого не брать. Я – доброй души человек, всегда могу с другими поделиться, но вот обмана, лжи и предательства не прощу никогда. Вообще, Бог есть, а зло и добро – это бумеранги, кинь их в кого-то – обратно вернутся всегда.

НА СНИМКЕ: Татьяна КЕРЕЙТОВА.

Лариса НИКОЛАЕВА
Поделиться
в соцсетях