День республики № 36 от 05.04.2022

Республика поздравила заслуженного ветерана Хамита Канаматова

14 апреля в 11:38
 просмотров
Ветерана пришел поздравить мэр Черкесска Алексей Баскаев
Ветерана пришел поздравить мэр Черкесска Алексей Баскаев
Источник — Фото Мурата ХУТОВА

У Абула Канаматова из Даусуза было две жены. Для каждой – отдельный дом. Две калитки, но одни ворота и один большой общий, дружный двор. В доме жили одновременно несколько поколений, от 125-летнего дедушки до крохотных правнуков. Во дворе Абул построил кузню и мельницу, которой пользовались даже соседние станицы. И Хамит Канаматов, его сын, кажется, не должен был ни в чем нуждаться.

Но в Даусуз пришла советская власть, стали создавать колхозы. Местные, завидовавшие его благополучию, решили раскулачить Канаматова: в одном из его домов разместить правление колхоза, в другом – сельсовет, но тот сам принёс в дар колхозу и кузню, и мельницу, и практически все поголовье скота. Комиссия забрала имущество и милостиво записала Канаматовых в «середняки».

Жить стало совсем не весело. Хамит решил помочь отцу – устроиться подмастерьем на лесопильный завод. По возрасту он для этой работы не подходил, но в документах изменил дату рождения с августа 1924 года на март 1922 года и сразу стал взрослым. Потом поступил на заочное отделение педагогического техникума в Микоян-Шахаре. Летом 1941 года Хамит Канаматов, уже второкурсник, проводив двоюродного брата, вернулся в общежитие. Сокурсники спросили: «Ты слышал? Война началась!» Как ни странно, война не стала для Канаматова неожиданностью. Ещё подростком он ходил в соседнюю станицу на лекции о международном положении и из них понимал: скоро грянет война.

Вставай, страна огромная…

Уже на второй день 17-летний Хамит, которому по документам было 19, получил повестку. Из Карачаевска сразу поехал в ближайший военкомат в Зеленчуке. Комиссар, узнав, что парень сдаёт сессию, отсрочил его отъезд. Хамит согласился: «Вдруг жив останусь, диплом понадобится». Сдав последний экзамен, был готов к службе. Но его трижды вызывали в военкомат, трижды родители собирали ему продукты и провожали со слезами на глазах и… трижды военкомат оставлял его дома «до особого распоряжения». Наконец, Канаматов пришел в военкомат с чёрного хода и спросил, до каких пор будут мучить его родителей. Ему ответили, что направят его на важный участок.

Хамита направили во Владикавказ, в офицерскую школу на курсы связистов, которых в тот период был острый недостаток. В конце мая весь учебный батальон выпустили, в тот же день всех направили по фронтам.

Война встретила сурово. Состав вёз молодых офицеров, высаживая группами на разных станциях. Трижды атаковали поезд вражеские самолёты, машинист гнал что было мочи. Канаматова и еще трёх парней направили на Калининский фронт, в 355-ю дивизию. Дивизия отлично проявила себя в начале Ржевско-Вяземской наступательной операции под Москвой, но многократно превосходившие силы противника, нехватка вооружения и провизии привели к тому, что к весне 1942 года она была практически уничтожена. Сразу после того, как Канаматов прибыл на место, единственная магистраль снабжения была закрыта. Немцы взяли дивизию в кольцо. Cвязи не было, вся надежда была на них. Рискуя жизнью, связисты налаживали линии коммуникаций между штабом дивизии и полками.

Чуда не случилось. Дивизия была разгромлена. Из 12 тысяч солдат выжили только пятьсот. Боевое знамя было потеряно, заслуги дивизии обнулены. Но, отстояв станцию Сычевка, им удалось прервать снабжение немецкой группы армий «Центр», которая была нацелена на Москву. Из окружения остатки 355-й дивизии, присоединившись к штабу 357-й, вышли, ориентируясь по кабелю, найденному связистами. Оставшихся в живых встречали как героев, кормили на каждом питательном пункте. Чай, консервы, колбаса с хлебом казались царским застольем после привычного меню – один сухарь в день.

Колонна, за мной!

Затем Канаматов воевал в составе 1190-го стрелкового полка, снова рисковал жизнью: связисты шли плечом к плечу с разведчиками, прокладывая линии связи. «Я прокладывал кабели, – вспоминает Канаматов, – восстанавливал провода. Находил обрывки стальных тросов, обжигал – смягчал концы и сращивал друг с другом. Голый провод давал отличную связь. Когда нить связи в один провод, то её надо делать с заземлением. Но тогда враг может подслушивать на расстоянии до 500 метров! Я делал двухлинейную – на колышках, она земли не касалась. На колышки провод резиной крепил. Где находили резину? На свалках городских искали калоши старые – из них и мастерили. Это мелочи, – говорит ветеран. – А из этих мелочей ковали мы Победу».

Канаматов был у начальства на хорошем счёту, ему давали важнейшие поручения. Однажды ночью, в темноте, ведя за собой по линии железной дороги более ста бойцов во главе с полковником, Канаматов вдруг резко свернул с пути и увёл две роты в сторону. Оказалось, местность была под наблюдением врага. В какой-то момент над колонной взорвался снаряд. Никто не придал этому особого значения, кроме связиста. Он понял: это был корректировочный снаряд, враг прицеливался. «Ни секунды не думая, крикнул: «Колонна, за мной!» – и быстро, прямо на четвереньках по глубокому снегу, поднялся по насыпи. Все бежали за мной на север до тех пор, пока уже далеко позади нас не стали разрываться снаряды». Так он вывел колонну из-под огня.

Новые изменения в документах

Летом 1943 года армия наступала южнее Пскова. На связь вышел батальон, где служил земляк – карачаевец из рода Батчаевых, из аула Кызыл-Октябрь. Парень сказал, что карачаевцев собираются выселять. Хамит не поверил. Но перед боем Канаматова вызвал к себе командир полка подполковник Кусяк: «Не знаю, что с тобой делать… Директива поступила о снятии с фронта лиц карачаевской национальности». Канаматов сник и попросил оставить хоть рядовым связистом. В октябре 1943 года он был тяжело ранен в руку под Черпухино. Уже лежа в госпитале, Канаматов был представлен к награде «За отвагу». Оказывается, документы оформил начальник штаба. Понимая всю опасность ситуации, в том числе и для себя самого, но желая отметить героя, он записал Канаматова как корейца, переименовал в Халиба, а в графе «место рождения» указал несуществующую Корейскую АССР…

Чтобы видели мой труп…

Из больницы Хамит писал родителям, но письма не находили адресатов. Связь с ними всё же удалось наладить – через знакомых из станицы Зеленчукской: они пересылали письма с фронта в Азию и обратно.

После поправки Хамит пошёл на повышение: его направили в 115-ю дивизию командиром штабного взвода. «У меня в подчинении были солдаты, но на все опасные задания я ходил сам. Всегда стремился быть впереди, чтобы видели, как служат карачаевцы, чтобы, если погибну, не было разговоров, что пропал или дезертировал, а чтобы видели мой труп», – говорит ветеран.

Смелый шаг

За годы войны Хамит Канаматов прошёл множество фронтовых дорог. Калинин, Великие Луки, Смоленск, Белоруссия, Латвия, Литва… Победу встретил в Кенигсберге. За службу получил ордена Отечественной войны I и II степеней, два ордена Красной Звезды, медали «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга». После войны был направлен в Польшу, до 1949 года служил в Северной группе войск, а с 1949-го по 1952 год – в Приволжском военном округе.

После окончания войны капитан несколько раз навещал своих родителей в Казахстане. Бедственное положение семьи и народа не давало ему покоя, и горец решил написать министру обороны СССР Василевскому письмо, за которое мог, как минимум, оказаться за решёткой. «Пока мои родители, подобно преступникам, находятся под контролем спецкомендатуры, считаю своё пребывание в рядах победоносной Красной Армии политической ошибкой!» Реакции не пришлось долго ждать. Вызвал его к себе член Военного Совета генерал-лейтенант Сорокин и прошипел матом: «Кто дал право младшему командному составу ставить подобный ультиматум?»

Резкое письмо не сошло ему с рук. В декабре 1952 года пришёл приказ уволить его в запас по статье 59, пункт «е» – «За дискредитацию высокого звания офицера». Хамит уехал в Казахстан и пробыл там вплоть до реабилитации своего народа. Там же встретил и свою будущую жену. Правда, познакомились и поженились они уже после возвращения на Кавказ.

В мирное время Канаматов трудился на машинно-тракторной станции, был инспектором по кадрам, военруком средней школы, занимался партийной работой. Был председателем парткома треста «Карачаево-Черкесскводстрой», с этой должности и ушёл на пенсию…

Сегодня

Хамит Канаматов ведёт активную жизнь: встречается со школьниками. Много времени проводит и за компьютером: читает все новые материалы о битвах под Ржевом, у Вязьмы, у Великих Лук, хочет даже книгу написать о тех событиях…

Досье

Хамит Абулович Канаматов родился в ауле Верхняя Мара. В 1942 году призван на фронт. Завершил войну в Калининграде в составе 357-й стрелковой дивизии в звании капитана, руководил взводом связистов. После войны Канаматов продолжал службу до 1952 года. Он награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом Отечественной войны I и II степеней, медалью «За боевые заслуги».

Ольга МИХАЙЛОВА
Поделиться
в соцсетях
биография Великая Отечественная война ветеран ВОВ ВОВ воспоминания Личность судьба человека Хамит Канаматов