Засыпал с надеждой на возвращение

6 мая в 06:30
 просмотров

Несмотря на свой весьма почтенный возраст (недавно ему исполнилось восемьдесят), Манаф Тебуев по-прежнему бодр и полон энергии. С раннего утра и до самого вечера он, как и много лет назад, продолжает работать на ферме, ухаживает за скотом. На его долю выпало столько тяжелых испытаний, что их с лихвой хватило бы на несколько жизней, но несмотря ни на что Манаф Хаджибекирович смог остаться человеком честным, открытым, добрым – тем, с кого можно и нужно брать пример.
Родился и вырос Манаф Тебуев в Учкулане. Когда началась Великая Отечественная война, он едва успел окончить первый класс.

– Я пас отару в горах, как вдруг услышал взрыв,- рассказывает Манаф Хаджибекирович. – Что было потом, не помню – очнулся только через три дня. Кто-то из аульчан, когда пришли немцы, отдал подвал своего дома фельдшеру под медпункт. Туда-то меня мать и принесла.

Чудом выжив, когда у его ног разорвалась граната, Манаф Хаджибекирович так и не успел толком прийти в себя, как пришла новая беда. 

Несмотря на свой весьма почтенный возраст (недавно ему исполнилось восемьдесят), Манаф Тебуев по-прежнему бодр и полон энергии. С раннего утра и до самого вечера он, как и много лет назад, продолжает работать на ферме, ухаживает за скотом. На его долю выпало столько тяжелых испытаний, что их с лихвой хватило бы на несколько жизней, но несмотря ни на что Манаф Хаджибекирович смог остаться человеком честным, открытым, добрым – тем, с кого можно и нужно брать пример.
Родился и вырос Манаф Тебуев в Учкулане. Когда началась Великая Отечественная война, он едва успел окончить первый класс.
– Я пас отару в горах, как вдруг услышал взрыв,- рассказывает Манаф Хаджибекирович. – Что было потом, не помню – очнулся только через три дня. Кто-то из аульчан, когда пришли немцы, отдал подвал своего дома фельдшеру под медпункт. Туда-то меня мать и принесла.
Чудом выжив, когда у его ног разорвалась граната, Манаф Хаджибекирович так и не успел толком прийти в себя, как пришла новая беда.
– Рано утром в дверь постучали, мать пошла открывать. В комнату ворвались двое солдат, выгнали нас, прямо в том, в чем были, на улицу, – вспоминает он. – Вместе с остальными погрузили в машины и увезли на железнодорожную станцию в Усть-Джегуту, усадили на поезд. Так мы и оказались в Киргизии.
«Мы» – это сам наш герой, его мать, две сестры и брат. Еще один брат служил в милиции в Учкулане. Когда в ауле появились немцы, ушел с партизанами и пропал без вести. О его судьбе ничего неизвестно до сих пор, как и о судьбе двух других родных братьев Манафа Хаджибекировича, ушедших на фронт…
О годах, проведенных в изгнании, Манаф Хаджибекирович говорить не любит. Маленькая землянка без печки, холод и голод…Он часто вспоминал о доме, что остался там, в родном ауле, засыпал с мыслями о родной земле, с надеждой на возвращение…
В 11 лет Манаф Тебуев уже наравне с взрослыми работал на свекольном поле. Когда ему исполнился 21 год, женился. В 1957 году в молодой семье родилась дочь, а спустя год они, не поверив в это счастье, наконец, смогли вернуться на родину.
Больше сорока лет Манаф Тебуев проработал в совхозе «Джегутинский». Вместе с супругой, которая, к глубокому сожалению, не дожила до сегодняшних дней, он вырастил и воспитал семерых детей. Сегодня у Манафа Хаджибекировича тридцать один (!) внук и двенадцать (!) правнуков – самому младшему еще нет и года. Большая и дружная семья очень часто собирается в отчем доме, и даже повод не нужен.
– Знаете, в старости ведь каждый прожитый день как награда. Стараюсь не тратить время даром, хотя дети сердятся на меня, мол, оставь скот, отдыхай, мы сами все сделаем. А я ведь, не поверите, но как только перестаю что-то делать, то сразу же заболеваю. Правда. Так и живем – дети на меня «ругаются», а я на них: вот все-таки не умеет молодежь трудиться так, как мое поколение работало. Но смотрю я на них, на внуков, правнуков, не знавших голода, не видевших, как жили их прадеды, и желаю только одного: чтобы никому из них не пришлось испытать то, что испытали мы.

 

Мария ОЛЕФИРЕНКО
Поделиться
в соцсетях