Наедине с обстоятельствами?

3 октября в 06:06
3 просмотра

Если бы только я не знала этот дом, его жильцов… Да, собственно, кто его не знает в городе Карачаевске! Дело в том, что 12-этажный дом под номером 50 по улице Ленина называют «университетским». А как иначе, если в нем в разные времена проживали и творили, проживают и творят, безо всякого преувеличения, культурные идолы, кумиры горожан – профессора, доценты, преподаватели КЧГУ Хизир Хапсироков и Екатерина Хапсирокова, Сима и Роберт Халиловы, Кемал Текеев, Юрий Беджанов, Касей Баталов, Магомед Халамлиев, Магомед Бостанов, Магомед Даутов и многие другие. И если бы я только не знала, сколько мытарств выпало на долю жильцов хотя бы по одной только причине – о всех остальных по ходу пьесы, как говорится. Внешне приличный дом хлопает дверью время от времени, выпуская жильцов, но, как верно заметил один сатирик, по цвету и устройству двери нельзя определить, как выглядит внутренность дома, в который она ведет…
А выглядит она так. Первым долгом вас «встретят» лифты – о них, собственно, и речь в первую очередь – со следами соскобленных с кабин всевозможных объявлений и рекламных плакатов. Один – грузовой, другой – пассажирский. Грузовой лифт, можно сказать, не работал ни единого дня. Пассажирский худо-бедно – со сбоями, простоями, с трудностями в обеспечении запчастями – но работал. И встал в мае этого года.

Если бы только я не знала этот дом, его жильцов… Да, собственно, кто его не знает в городе Карачаевске! Дело в том, что 12-этажный дом под номером 50 по улице Ленина называют «университетским». А как иначе, если в нем в разные времена проживали и творили, проживают и творят, безо всякого преувеличения, культурные идолы, кумиры горожан – профессора, доценты, преподаватели КЧГУ Хизир Хапсироков и Екатерина Хапсирокова, Сима и Роберт Халиловы, Кемал Текеев, Юрий Беджанов, Касей Баталов, Магомед Халамлиев, Магомед Бостанов, Магомед Даутов и многие другие. И если бы я только не знала, сколько мытарств выпало на долю жильцов хотя бы по одной только причине – о всех остальных по ходу пьесы, как говорится. Внешне приличный дом хлопает дверью время от времени, выпуская жильцов, но, как верно заметил один сатирик, по цвету и устройству двери нельзя определить, как выглядит внутренность дома, в который она ведет…
А выглядит она так. Первым долгом вас «встретят» лифты – о них, собственно, и речь в первую очередь – со следами соскобленных с кабин всевозможных объявлений и рекламных плакатов. Один – грузовой, другой – пассажирский. Грузовой лифт, можно сказать, не работал ни единого дня. Пассажирский худо-бедно – со сбоями, простоями, с трудностями в обеспечении запчастями – но работал. И встал в мае этого года.

– Господи, сколько мы намучились за время проживания в этом доме, заселившись в него в 1975 году, – в один голос твердят жильцы. – Купил ты шифоньер или холодильник, если повезет, всеми правдами – неправдами втиснешь его в пассажирский лифт, нет – так либо разбирай по полочкам покупку, либо тащи ее на своем горбу на нужный этаж. Хорошо, если ты живешь на 2-м или 3-м этаже, а если на последнем?
Но потом дело стало доходить до жуткого. К примеру, недавно в своей квартире умер преподаватель худграфа М. Его хватились через три дня. Спускали тело грузного, высокого мужчины, завернутое в ковер, родственники, друзья с 10-го этажа в горизонтальном положении в лифте, поскольку на узкой, крутой лестнице проделать какие-либо сложные повороты абсолютно невозможно.
Подобным образом выносили из дома, чтобы проводить в последний путь, поочередно супругов Х. Страшно подумать, что красавца, профессора, любимца всех окружающих его людей, и его жену, безукоризненную, всегда элегантно одетую, донельзя образованную, интеллигентную женщину, можно было спустить с 12-го этажа на землю не на руках, бережно и трогательно, а в запущенном лифте…
Понятное дело, когда вышел из строя и пассажирский лифт, жильцы дома обеспокоились не на шутку.
– В нашем доме проживает очень много людей пенсионного возраста, инвалидов, для которых поход в магазин либо в больницу приравнивается к подвигу, – рассказывает многодетная мама Оксана Шаркова. – Опять-таки, на инвалидной коляске по лестничным пролетам не спуститься. Для здоровых людей до недавнего времени это было проблемой, так как пролеты не освещались. Тьма кромешная была. Все наши жалобы управляющая компания ООО «Промстройсервис», с которой мы заключили договор, оставляла без внимания, видно, знала, что люди ученые – жалобщики никудышные, непритязательные, рассуждающие следующим образом: «Лифт работает, да и слава Богу».
Когда лифт отключили, «Промстройсервис» вынужденно занялся освещением лестничных пролетов и провел электричество. Но как! Провода висят в зоне досягаемости, местами просто на соплях. Оборви провод на первом этаже случайно либо озорства ради, тут же пролеты все останутся без света. За эту услугу управляющая компания выставила счет жильцам – 14 тысяч рублей. Муж Оксаны, Олег Шарков, сведущий в технических вопросах человек, не зря же работает оператором видеонаблюдения противопожарной безопасности КЧГУ, навел справки и выяснил, что «красная» цена проделанной работе ровно вдвое меньше.
Выступая на заседании президиума Госсовета три года назад, Дмитрий Медведев назвал три главные проблемы российского ЖКХ: критический износ жилья, неэффективная работа управляющих компаний и отсутствие контроля за денежными потоками.
В данном случае, на мой взгляд, имеют место все три проблемы. Износ жилья – без сомнения при почти 40-летнем сроке эксплуатации. Неэффективная работа управляющей компании – налицо. Судите сами.
– Лифт был отключен по требованию «Ростехнадзора». Акта заключения о его состоянии никто из жильцов в глаза не видел, – рассказывает Оксана Шаркова. – Зато объявление о том, что лифт будет отключен, расклеили задолго до этого события, из чего мы делаем вывод, что управляющая компания знала о положении дел в лифтовом хозяйстве, но…
Управляющая компания – это бизнес-структура, которая осуществляет жилищно-коммунальное обслуживание дома и отвечает перед собственниками жилья за весь комплекс жилищно-коммунальных услуг. Цинизм и безбоязненность руководителя «Промстройсервиса» З.Кубановой нас не только поражают – компания еще в 2011 году должна была войти в государственную программу по обновлению лифтового хозяйства, но этого не сделала то ли ввиду нерасторопности, то ли ввиду непрофессионализма, но время получения бесплатного лифта безнадежно упущено, и теперь замена лифта – одной из самых дорогих частей общего имущества дома ложится на плечи жильцов, – но и наводят на мысль, что сию компанию поддерживают в высоких кабинетах. Иначе как объяснить тот факт, что ни в какой диалог с нами Кубанова не вступает, на направленные ей заказные письма не отвечает? Правда, отдельным жильцам изложила свой комментарий событий: «Дом – убыточный, я от вас отказываюсь, от дома, но не от денег, вы мне задолжали 450 тысяч рублей, и я их взыщу, будьте уверены».
Опять цитирую Д. Медведева: «Средства, которые выделяются на развитие ЖКХ, тратятся далеко не всегда эффективно. Надо признаться, что в ряде случаев эти средства просто разворовываются… Наши люди должны понимать, за что и по каким тарифам они платят, иметь возможность отслеживать эту ситуацию…»
Олег Шарков, которого жильцы дома в этих непростых условиях избрали председателем домкома, – бывший тяжело заболел – попытался отследить ситуацию. Ему предоставили документы, но не за все семь лет работы компании, а лишь за 2009 год, где одна графа еще больше подтвердила уже имеющиеся сомнения жильцов в нечистоплотности компании. С них взимали деньги за покос травы вокруг дома в зимние месяцы…
– Каждый год управляющая компания собирала с нас порядка 300 тысяч рублей, – утверждают жители дома, – но ремонт подъездов, который она обязана была делать один раз в пять лет, был произведен единожды и только до третьего этажа. Потому что на третьем этаже жил чиновник – заместитель бывшего мэра города Солтана Семенова. Крышу, которая протекала так, что ручьи неслись по пролетам, а семья покойного доцента худграфа Даутова была вынуждена ютиться у родственников из-за регулярных потопов, жильцы 12-го этажа отремонтировали за свой счет. А что было делать? Один из наших жильцов поскользнулся на заледеневшей лестнице и получил серьезную травму головы. К счастью, выжил…
Такое впечатление, что в доме все требует ремонта – от крыши до подвала. Подвал – головная боль Нины Цаллаговой, живущей на первом этаже. Помнится, я писала очерк о Нине Захаровне, так она тогда через слово переключалась на свои «подвальные страдания».
– Хлам, битое стекло, хлюпающая вода, чего там только нету, – говорила она, инвалид I группы, порываясь отвести меня в подвал, – оттого вонь несусветная и полчища комаров и мошкары. Да плюс ко всему соседство с мусорными баками, которые вывозят лишь после того, как мусор заполонит весь переулок.
Поговорить с Ниной Захаровной не удалось. После смерти своего единственного сына она слегла…
Не смогла поговорить и с Магомедом Бостановым, также живущим на первом этаже. Балкон его квартиры вот-вот рухнет… Судя по трещине на стене, разрушения обещают быть нешуточными…
– Но почему не требовали отчета от главы управляющей компании, не теребили ее: где то, где это? – спрашиваю у жильцов. – Ведь вопросов, как известно, не бывает только в двух случаях: когда людям все понятно или когда они безразличны…
– Скорее – доверчивы, нежели безразличны. Теперь-то понимаем, что надо было самим заключать договоры с ресурсоснабжающими организациями, минуя нечистоплотных посредников. Но и этому есть объяснение. Преподаватели – люди занятые, инвалиды – немощные. Около 48 квартир пустует – кто-то умер, а наследники живут в других городах и не спешат ни продавать жилье, ни сдавать какие-либо взносы на ремонт подъездов, благоустройство придомовой территории, кто-то сдает жилье студентам, и так с вариациями… Естественно, при таком раскладе уповать на быстрое решение нашей главной проблемы – бездействие лифта, которую отчасти создали сами своим попустительством, нам не приходится. Так может, помогут полумеры, можно обойтись малой кровью – починить, к примеру, грузовой лифт, уж он-то точно свой ресурс не исчерпал? Одна надежда на мэра города Руслана Текеева, ему мы также адресовали письма с просьбой о помощи, ведь зима уже на носу, но пока никаких ответов, ничего о каких-либо принятых или предпринимаемых мерах…
Если трезво взглянуть на вещи, то ресурсы любого города не бездонны, строго ограничены. Обнадеживает в данной ситуации, с моей точки зрения, лишь одно: Текеев – поразительно искренний, болеющий душой за горожан человек. Без всяких кавычек. И вот аргумент, подкрепляющий этот факт, – ранее возглавляемый им пивзавод как был градообразующим предприятием, так и остался вопреки всем катаклизмам, рабочие места не только сохранены – приумножены! Я не знаю, как именно Текеева «сманили» во власть, но выбор оказался на редкость точен. Я думаю, ему не составит особого труда разобраться, где правда, а где прямая ложь, и при удобном случае, больше чем уверена, он не оставит жильцов «университетского» дома наедине с тяжелыми обстоятельствами…
Кстати, под письмом, пришедшим в редакцию, стоят подписи известных людей, которые сами должны и готовы отвечать за то, что они утверждают.

Аминат ДЖАУБАЕВА
Поделиться
в соцсетях