Лик Христа: тайна раскрыта?

6 июля в 08:14
2 просмотра

Наверное, одной из самых громких сенсаций 90-х годов был открытый в 1999 году напротив Нижне-Архызского городища Лик Христа на Мцеште. Исследователи отметили сходство образа с иконой Спаса-Вседержителя в Синайском монастыре и высказали мнение, что Лик является «современником» Аланской Епархии и датируется Х-ХII веками. Паломники, посещающие это место, тоже полагают, что это древнее изображение, а некоторые верят даже в то, что оно имеет нерукотворное происхождение. Есть версия, однако, что это современная подделка. При этом учёные не высказали твёрдых предположений о том, кем был написан этот образ. Однако, если рассмотреть все имеющиеся данные, кроме нерукотворности, – эта гипотеза не подлежит обсуждению в силу своей трансцендентности, – то определённые выводы сделать можно.
Темперная живопись
Начнём с красок. Изображение на скале темперное. Это старый способ живописи, использовавшийся до изобретения масляных красок и заключавшийся в смешении порошковых пигментов с эмульсией, чаще всего состоящей из желтка куриного яйца, вина или масла и клея. История использования темперы насчитывает более трёх тысяч лет.

Наверное, одной из самых громких сенсаций 90-х годов был открытый в 1999 году напротив Нижне-Архызского городища Лик Христа на Мцеште. Исследователи отметили сходство образа с иконой Спаса-Вседержителя в Синайском монастыре и высказали мнение, что Лик является «современником» Аланской Епархии и датируется Х-ХII веками. Паломники, посещающие это место, тоже полагают, что это древнее изображение, а некоторые верят даже в то, что оно имеет нерукотворное происхождение. Есть версия, однако, что это современная подделка. При этом учёные не высказали твёрдых предположений о том, кем был написан этот образ. Однако, если рассмотреть все имеющиеся данные, кроме нерукотворности, – эта гипотеза не подлежит обсуждению в силу своей трансцендентности, – то определённые выводы сделать можно.

Темперная живопись
Начнём с красок. Изображение на скале темперное. Это старый способ живописи, использовавшийся до изобретения масляных красок и заключавшийся в смешении порошковых пигментов с эмульсией, чаще всего состоящей из желтка куриного яйца, вина или масла и клея. История использования темперы насчитывает более трёх тысяч лет. Но в XVI в. были созданы краски на основе льняного масла. Они сохли медленно, их можно было смешивать и достигать невиданного ранее разнообразия оттенков. Масляная техника вскоре вытеснила темперу во всей Европе. Однако в России и Греции на масло перешли только светские художники, иконы же всё это время писались только темперой, которую готовили, в отличие от масляных красок, вручную. Из этого мы можем сделать вывод, что автором скальной иконы может быть только тот, кто учился живописи и знал рецепты приготовления и пропорции смешения темперных красок.

Как пишутся иконы?
Иконы – не картины, они пишутся по канону. Иконописец не имеет права вносить новшества в икону. Начиная писать, он копирует, не искушаясь на уговоры беса гордыни: «А вдруг твоя работа со временем будет оценена выше, чем Андрея Рублёва?» Традиция изображения Христа, которая известна сейчас, сложилась к середине VI века: длинные, разделённые пробором, волосы, небольшие усы и короткая, иногда раздвоенная, борода, крестовый нимб вокруг головы. Иногда различаются цвет волос и цвет глаз, но в целом канон легко узнаваем. Именно поэтому по изображению на Мцеште мы ничего не можем сказать о времени его написания: так писали и в VI веке, так пишут и в наши дни.

Некоторые любопытные детали
Особенностью Архызского лика является отсутствие нимба. Возможно, он стёрся. Изначально буквы «ИС» и «ХС» с двух сторон головы читались, сегодня их уже не видно. А возможно, художник либо не смог его написать – человек среднего роста едва может дотянуться до изображения тернового венца Спасителя, либо по какой-либо причине не успел. Можно предположить, что художник работал один и не по заказу, иначе бы ему помогли, принесли стремянку. Он явно творил по духовному порыву и не был озабочен тем, кто и что скажет о его работе. Возможно даже, что он не считал изображение иконой, просто рисовал дорогие каждому верующему черты Спасителя. Из этого можно сделать очевидный вывод, что художник был истинным христианином.

Вера и здравомыслие
Есть и ещё один малоизвестный факт. Сразу после обнаружения лика рядом с изображением, в расселине скалы, нашли кисти в ветоши с остатками того же пигмента, который был на изображении. Их состояние описано как «окаменевшая щетина на почти целом древке». Щетинка одной кисти была и в пигменте самого наскального изображения. Этот факт позволяет сделать ещё один вывод. Время создания иконы не может быть отделено от нас тысячелетней давностью. Необработанное дерево сгниёт за пять-шесть лет. В XIX веке кисти обрабатывали раствором медного купороса или смесью борной соды и соли. В этом случае в относительно сухой расселине скалы они могли сохраниться максимум полтора-два столетия. Но не больше.
Правда, некоторые исследователи высказывают предположение, что кистями древнее изображение Х века было подновлено в наше время. Но и эта гипотеза не выдерживает критики, поскольку за столетия темперная краска на скальном основании без подложки сырой штукатурки на открытом воздухе просто не сохранилась бы. Темпера, как и дерево, может сберегаться веками только в особых условиях – как хранились раскрашенные темперными красками деревянные саркофаги древнеегипетских фараонов: в наглухо закрытых потайных склепах герметичных каменных пирамид. Никто не может назвать ни одного темперного рисунка, пережившего тысячелетия на открытом воздухе. На Мцеште изображение открыто ветровой эрозии, и за это время оно исчезло бы бесследно.

Свидетельства минувших веков

Итак, разумное сопоставление фактов привело нас к пониманию, что автора иконы нужно искать на протяжении последних ста пятидесяти-двухсот лет. То есть в XIX и ХХ веках. Но почти шесть десятилетий XIX века – это годы Кавказской войны. Осмотр храмов, их зарисовки делали в это время майор русской армии Потёмкин, побывавший здесь в 1802 году, итальянский архитектор на русской службе И. Бернардацци, посетивший храмы на Большом Зеленчуке по поручению генерала Г. Эммануэля после русско-турецкой войны 1828-1829 годов, и братья Нарышкины, совершавшие путешествие по Кавказу «с археологической целью» в 1867 году. Но ни у кого из них нет упоминания о скальной иконе.
Однако во второй половине XIX века здесь возникла Александро-Невская Афонская мужская пустынь, основанная по инициативе иеромонаха Серафима (Титова), прибывшего сюда с Афона в 1886 году с одиннадцатью монахами. То есть сюда пришли люди, которые знали, что такое иконы, и имевшие их у себя. Монастырь просуществовал до 1918 года. Потом обитель была уничтожена, многие монахи погибли, и в последующие годы имя Христа на этой земле было забыто.
Первое упоминание о Лике приходится на предвоенное время. Лик видел житель станицы Зеленчукской Иван Толопа. Отметим и современное свидетельство Сергея Тоцкого. Ещё в 1970-71 годах во время экспедиции юношеской геологоразведочной партии Черкесска они с одноклассниками Александром Дармиловым, Сергеем Ерофеевым и Олегом Лафишевым фотографировались на фоне образа. Эти свидетельства окончательно отрицают гипотезу новодела последних лет.
Подытожим же сказанное, по древнему юридическому принципу сausa proxima, non remota spectatur, принимая во внимание ближайшую, а не отдалённую причину. Будем отыскивать искомое не в туманных далях веков, где нам хочется что-то увидеть, а там, где оно может быть. Таким образом, у нас для поисков тридцать два года: с 1886-го по 1918-й.

Черты живописца
По каким же чертам искать автора Лика? Художник, смешав темперу, явно возвращался к Лику несколько раз и подправлял изображение, устраняя огрехи, видимые снизу, но не заметные при лобовом рассмотрении. Это свидетельство профессионализма. Но считается, что профессионализма для иконописи мало. Даже академики живописи признавались, что в этом жанре несостоятельны. Нужно быть верующим, недаром лучшие иконы – монашеские. Итак, нам нужен профессиональный художник и истово верующий христианин, живший в конце XIX века и бывавший в монастыре.

Личность творца
Был ли на Кавказе в эти годы такой человек? Да. Это Дмитрий Струков. Он 1828 года рождения. В 1840 году поступил в рисовальную школу и уже в четвёртом классе школы, в семнадцать лет, написал образа для церкви села Люберцы. В библиотеке Московской духовной академии он изучал древнерусские иконы. На 22-летнего учащегося обратили внимание, и по распоряжению Синода Струков ездил в Новгород, Псков, Владимир, Ростов Великий, где занимался копированием церковных древностей. В 1849 году он открыл рисовальную школу в Троице-Сергиевой Лавре. В 1850 году он приглашён настоятелем Саровской пустыни рисовать памятники обители, открыл школу рисования в Дивеево. В 1853 году получил звание неклассного художника по акварельной живописи. В это же время он выполнил копию с Гребнёвской иконы Божией Матери, которую поднёс императору. Художник получил в награду перстень с бриллиантами и открытое свидетельство для рисования древностей в монастырях и церквах. В 1860-1880-е годы как член Императорского археологического общества Струков заинтересовался христианскими древностями Кавказа и Крыма. В 1886 году, прожив в Александро-Невской пустыни всю осень, Дмитрий Михайлович очистил с помощью монахов стены храмов от копоти костров и пыли и сделал акварельные зарисовки не сохранившихся до наших дней фресок со стен храмов. В 1888 году он обнаружил в Зеленчукском ущелье знаменитую плиту с греческими буквами на аланском языке. И ещё. Дмитрий Михайлович написал для возрождавшегося монастыря новую копию с чудотворной иконы Божией Матери Гребнёвской, которая была доставлена в Зеленчукскую пустынь 10 ноября 1889 года и стала одной из главных святынь монастыря.

Дальнейшие предположения
Будет ли натяжкой предположить, что этот человек, всю жизнь писавший иконы, мог написать её и здесь? Нет, не будет. При этом перед нами, безусловно, истинный подвижник, христианин, посвятивший жизнь Церкви, мастер живописи и иконописец. Время и место тоже совпадают, укладываясь в искомый отрезок в тридцать два года. Других подобных мастеров в обители не было. Как археолог Струков обследовал местность, обратил внимание на скальный склон с древними захоронениями в сотне метрах от скалы Лика, обнаружил там кладбище из плитовых могил и один из участков зарисовал. Как художник Струков, разумеется, отметил расположение скалы. Ведь именно с этой площадки написан вид монастыря тех лет, акварель Александро-Невской пустыни, литография с которой хранится в Ильинском храме и доступна всем желающим. Но Струковым ли она написана? Аргументов «за» много: во-первых, в 1853 году Струков получил звание неклассного художника по акварельной живописи, сиречь, был акварелистом, во-вторых, он всегда, где была возможность, старался на пленэре занять возможно более высокую точку панорамирования, о чём говорят его многочисленные работы, в частности, рисунки Луцка, только на равнине его рисунки фронтальны. В-третьих, живописец всегда рисовал кроны деревьев лессировкой в графике и размытыми линиями в акварели. Не злоупотреблял излишней детализацией. На литографии именно такое изображение. Возможно, изначально художник просто искал самую высокую точку для написания акварели, несколько раз поднимаясь туда, отметил скалу, и ему пришла в голову мысль украсить ее изображением Спасителя. Это ещё не делает Струкова автором Лика, но зарисовки погоста непреложно доказывают, что иконописец там был, а знание принципов акварельного письма с большой вероятностью указывает на него как на автора акварели, написанной с уступа Лика Христа, а значит, и самого Лика.
Исследователи говорят, что в архиве Струкова в Москве и Петербурге нет акварели, которая могла бы стать макетом для этой литографии, кроме того, на ней есть объекты, которых в приезд Струкова ещё не было. Этот аргумент неубедителен.
Отсутствие самой акварели в архиве Струкова не означает её несуществования. За столетие трёх революций мы потеряли сотни тысяч документов, артефактов и памятников культуры и искусства. Литографировано изображение было после смерти художника, и, если предположить, что автором был он, акварель просто некому было возвращать. Что до несуществующих на тот момент монастырских объектов, это вопрос сложный: монахи никогда не вели летописи строительства каждого овина или братского корпуса. Но даже если какого-то объекта на момент рисования не было – кстати, момент рисования тоже твёрдо не зафиксирован, то сам факт наличия акварели всё равно ставит вопрос об авторстве. Замечу к слову, что акварель – это высший пилотаж мастерства. Каждая деталь начинается и заканчивается в один приём, все цвета берутся сразу в полную силу. Нет возможности неторопливой работы с перерывами, изображение пишется «в одно касание». Поэтому акварель требует отточенности письма и свободного владения кистью, необычайной сосредоточенности и идеального чувства композиции. Кто же мог написать вид монастыря, кроме акварелиста Струкова?
Есть и ещё один вопрос. Знали ли монахи пустыни о работе Струкова? Почему ничего не говорили о Лике? Объяснение может быть только одно. Они знали автора и время написания скальной иконы, но не придавали Лику того значения, которое приписывают ему ныне. Они не видели в изображении ничего кощунственного, но и ничего удивительного тоже не видели.
Иные исследователи считают, что иконописец не мог написать икону на скале, потому что таких примеров не было. На самом деле в тысячелетней истории христианства никто никогда не определял место, где можно, а где нельзя писать иконы. Христиане уходили в катакомбы – писали в катакомбах, выходили из катакомб – расписывали храмы. Теряли храмы – писали там, где молились.

Ещё один спорный аргумент – нравственный
Многие: и исследователи, и просто верующие – не желают поверить в авторство художника XIX века только потому, что им хочется, чтобы изображение было древнее. Но вера не нуждается в том, чтобы приписывать своим святыням лишние века. Нам надо научиться уважать себя и ценить свою подлинную историю, своих настоящих подвижников и иконописцев, а не дешёвый «нас возвышающий обман».

НА СНИМКАХ: Лик Христа, Нижний Архыз. Фото А.ПИНКИНА; Портрет

Д. СТРУКОВА; Картина Д. Струкова; Литография Зеленчукского монастыря.

Ольга МИХАЙЛОВА
Поделиться
в соцсетях