Братья Тамазовы

Вчера в 11:45
 просмотров

Интерес к художественной ковке у братьев Тамазовых был с детства. Серьёзно этим нелёгким ремеслом, по словам старшего брата Каншао, они занимаются с Муратом уже одиннадцать лет. Наверное, про таких людей в народе говорят: «нашли дорогу в жизни», «мастера – золотые руки». Да и то правда. Рассматривая каждую работу братьев, представляешь, сколько металла использовали они, прежде чем получилась такая красота, каким мастерством надо обладать, чтобы металл стал послушным. Разнообразие их работ приводит к мысли о редком художественном даре Каншао и Мурата.

Интерес к художественной ковке у братьев Тамазовых был с детства. Серьёзно этим нелёгким ремеслом, по словам старшего брата Каншао, они занимаются с Муратом уже одиннадцать лет. Наверное, про таких людей в народе говорят: «нашли дорогу в жизни», «мастера – золотые руки». Да и то правда. Рассматривая каждую работу братьев, представляешь, сколько металла использовали они, прежде чем получилась такая красота, каким мастерством надо обладать, чтобы металл стал послушным. Разнообразие их работ приводит к мысли о редком художественном даре Каншао и Мурата.
О себе братья рассказывают не так много, всё больше о тех, кто приобщил их к этому искусству, кто помог им.
Рассказ о первых шагах братьев в кузнечном деле начался с имени Володя. Первым к Володе попал Мурат. Дальше пошло повествование о мастерстве Володи, как оно увлекло Мурата, а потом это увлечение передалось Каншао. И так я слушала эпизод за эпизодом. Очень тепло, как говорят о близком человеке, Каншао рассказывал о Володе. На миг мне показалось, что и я давно знаю этого человека, настоящего кузнеца, знаю даже, как он выглядит. Я представила смуглого, темноглазого жилистого мужчину с острым, как у братьев, взглядом. Поймала себя на мысли, что из-за нескрываемого уважения братьев Тамазовых к этому человеку я породнила их. Каково же было моё удивление, когда Каншао назвал его фамилию – Иванченко. Простая славянская фамилия. Однако сколько же достоинств у этого Владимира Иванченко, если братья считают его учителем после стольких лет общения, если и по сей день продолжают советоваться с ним, делиться успехами, обсуждать свои планы?
Как выглядят мастера трудной мужской профессии? Наверное, так же, как выглядят Каншао и Мурат, как выглядит их любимый учитель – обычный человек, со своими слабостями, мечтами, в общем, так же, как и мы, только увереннее в себе и в своей силе.
Со мной беседовал в основном старший брат, Каншао, младший лишь изредка вставлял несколько слов, выручая брата, если тот прятался за свою скромность. Удивительно просто братья рассказали историю, как они вручили Главе Республики Ингушетия Юнус-беку Евкурову свою оригинальную работу – символ республиканского флага из металла и чистой кожи. На обороте произведения они оставили скромную надпись: «Братья Тамазовы». Слушая рассказ Каншао об этой истории на выставке работ мастеров республик Северного Кавказа, я живо представила восхищение Юнус-Бека Баматгиреевича: «Я найду для неё достойное место!»
Когда Каншао рассказывал о том, как появилось в их мастерской оборудование, нельзя было не увидеть в его глазах огромную благодарность за помощь Раулю Туркбиевичу Арашукову. Это оборудование исправно работает много лет, и братья имеют возможность свободно творить.
А еще братья Тамазовы всерьез увлечены мотоциклами. Собственноручно, выполнив большинство деталей самостоятельно, они собрали настоящий байк – в их мастерской красуется мотоцикл «SUZUKI».
Увидев ещё два стоявших неподалёку от него маленьких байка, спросила: «Эти мотоциклы тоже ваши?». Каншао ответил: «Один мы реконструировали, а другой собрали сами. Эти мотоциклы для наших детей. Приобщаем их к своим увлечениям».
Первое, что бросилось в глаза, когда я вошла во двор, это красивые санки. Они были большего размера, чем обычные, которые продаются в магазинах. Полозья и спинка выполнены из обычных водопроводных труб небольшого диаметра. На добротных досках на сидении могут уместиться двое взрослых людей или четверо детей. Поймав мой взгляд на столбе, опоре навеса во дворе, где на крепком крюке висели санки, мама братьев, Лидия, улыбнулась: «Это сделано в спешке, так, без особой надобности, вместо перекура. Просто дали волю фантазии. На всякий случай, вдруг пригодятся».
Мы знакомы с Лидией Хан-Гериевной Тамазовой вот уже 26 лет.
В первый же день знакомства меня поразила огромная работоспособность этой среднего роста и телосложения женщины с приятным тембром голоса, чёткой дикцией. На тот момент она работала с хоровыми коллективами в родной школе искусств им. С. Т. Сидакова, в республиканском лицее им. Е. М. Хапсироковой и средней школе № 1 а. Хабеза. Я ещё тогда заметила её особенную любовь к народной песне. Она, возродив не один десяток народных песен, и сама писала песни на стихи адыгских поэтов, посвящённые трагическим и радостным страницам истории своего народа, любви, малой родине, судьбе выдающихся личностей. Двадцать лет она руководила вокальным коллективом, ансамблем песни «Черкесия». Коллектив был создан по ее инициативе, все годы пропагандировал лучшие образцы музыкального искусства адыгов благодаря профессионализму Л. Тамазовой. Её собственные музыкальные произведения и народные песни в её обработке отличаются особой красотой. Не раз, разучивая песни с коллективом, она прислушивалась к гармонии, что-то меняла тут же, предлагала или принимала наши предложения. У каждой песни из репертуара ансамбля своя история, своя жизнь. И песни такие же живые, как и участники, меняются, развиваются. С этим репертуаром ансамбль принял участие в огромном количестве международных конкурсов и фестивалей. Его побед хватило бы на творческую жизнь нескольких коллективов. Очень хочется надеяться, что с новым руководителем ансамбль будет жить по старым, добрым сложившимся традициям, радовать исполнительским мастерством и самих участниц, и многочисленных поклонников творчества коллектива.
В этот день я пришла в дом Тамазовых с одной целью: нужно было спросить у братьев фото всех их работ. Такие данные по мастерам ДПИ и изобразительного искусства должны быть в каждом методическом кабинете учреждения культуры. С просьбой закачать на мою флэшку фотографии работ по художественной ковке братьев я обратилась к Мурату. Вернувшись очень быстро от компьютера, он с сожалением развёл руками. Оказывается, вирус уничтожил в компьютере большую часть интересующего меня материала. Но я была рада, что хотя бы уцелевшие 33 фотографии я унесу с собой. Это лишь небольшая часть творений рук братьев, но я получила сполна все впечатления – восторг и удивление.
Уходила я от Тамазовых под большим впечатлением от увиденного и услышанного. Во время визита я вошла во двор через боковую калитку, прошла по двору, поднялась по крутой лестнице в мастерскую и вышла из неё сразу на улицу, так, как выезжают на байках братья Тамазовы и их сыновья, как выезжают из мастерской довольные работой золотых рук мастеров многочисленные клиенты. Я прислушалась к своим впечатлениям. Их было много, но самым сильным было чувство гордости за жителей этого дома. За красивой, добротной оградой осталась семья талантливых людей, добрых, открытых, трудолюбивых. Пусть им в окна всегда светит солнце, в дверь стучатся только хорошие люди, а тишину нарушают звон кузнечного молота и детский смех.
Судя по количеству строительного материала, аккуратно сложенного в центре площадки во дворе, производство увеличивается.
Братья мечтают о том дне, когда их сыновья встанут рядом с ними, чтобы заниматься настоящим мужским делом – художественной ковкой. Так и будет! Верится в это легко.
Сын Каншао, Расул, уже рядом. Он освоил ювелирное искусство по серебру, а сейчас, как скромно говорит отец, помогает в кузне. Подрастают Амаль и Алмаз.
Мурат по примеру брата уже приучает своих сыновей к семейному делу. Идар, Темраз и Тахмаз, которым от года до 6 лет, уже знают, что если из кузни доносится шум, значит, папа или выполняет необычный заказ, или куёт что-нибудь для своего байка.
Счастья вам, братья Тамазовы!

Р. АГИРБОВА,
ведущий методист РДК а. Хабеза.

Поделиться
в соцсетях