Только один долг

7 мая в 10:17
14 просмотров

Исполнилось 100 лет со дня рождения карачаевского поэта и прозаика, члена Союза писателей СССР Дагира Хаджи-Алиевича Кубанова.
«Как всякий истинный талант, он был самобытен и неповторим, – говорил о нем в свое время его коллега по перу Мусса Батчаев, – творчеству Кубанова всегда было органически присуще глубокое исследование жизни во всех ее взлетах и падениях. И не только, практически все произведения Дагира Кубанова были взлетом патриотизма и гражданственности».

Исполнилось 100 лет со дня рождения карачаевского поэта и прозаика, члена Союза писателей СССР Дагира Хаджи-Алиевича Кубанова.
«Как всякий истинный талант, он был самобытен и неповторим, – говорил о нем в свое время его коллега по перу Мусса Батчаев, – творчеству Кубанова всегда было органически присуще глубокое исследование жизни во всех ее взлетах и падениях. И не только, практически все произведения Дагира Кубанова были взлетом патриотизма и гражданственности».
По-разному складываются литературные судьбы. Автор долго ищет свою тему, свой угол зрения на жизнь, ищет свой стиль, пробуется в разных жанрах. Кубанов, который вошел в литературу в конце 30-х годов, не стал исключением. Поначалу он увлекался фольклором и шире – стихией народной речи. Не обошел вниманием фантастику, его перу принадлежит научно-фантастический роман «28 лет в ледяном сундуке».
Но наиболее известным произведением Кубанова стала книга «Эки заман» («Два времени») – итог многолетнего труда писателя. Рассказы, включенные в нее, повествуют о трагедии карачаевского народа, которому первым выпало на Кавказе испытать ужасы чудовищной депортации. Собственно, «Эки заман» – это роман в трех книгах и шести частях, охвативший широкий круг событий военного времени на фронте и в тылу, который рассказал о сложном преломлении этих событий в судьбах и духовной жизни многочисленных персонажей. Роман автобиографичен в какой-то мере, потому что сам Кубанов был участником Великой Отечественной войны, и его военная биография во многом схожа с судьбой главного героя Назира Байчорова. Дагир Хаджи-Алиевич работал упорно и целеустремленно, отдавая работе над романом год за годом.
Я не буду расшифровывать смысл заглавия. Он и так понятен, в романе изображены два времени – время мира и войны… Другой вопрос, что Кубанов всегда считал, что у него есть только одна обязанность, только один долг: говорить правду, не заниматься умалчиванием, не избегать сложных и противоречивых моментов в истории нашего общества. И это оценит впоследствии известный литературовед Асият Караева: «Роман «Эки заман» хотя и не претендует на документальность, но в общих чертах изобразил верно события, происходившие на фронте и в Карачае».
Не менее интересен и другой роман Кубанова – «Голос в горах», раскрывающий тему освободительной борьбы народов в годы Октябрьской революции и гражданской войны, борьбы за установление власти Советов в Карачае. Можно, наверное, по-разному оценивать художественные достоинства и этого романа, но опять-таки нельзя не воздать должное нравственной позиции писателя. «По таким книгам, как «Голос в горах» Дагира Кубанова и «Черный сундук» Хасана Аппаева, впору воссоздавать облик времени в кинофильмах», – говорили современники писателя.
«Книги Кубанова «Голос в горах», «Семья Тохтара», «Нанык» и другие сформировали мой внутренний мир», – скажет учитель родного языка и литературы Людмила Абайханова.
О том, что огромная эрудиция и изящество мысли сочетались у Дагира Кубанова с прямотой и принципиальностью суждений, я знаю не понаслышке. Дело в том, что моя родная тетя с семьей, где первые годы работы в газете «Ленинское знамя» я жила, проживала в одном подъезде с Дагиром Кубановым. Они дружили семьями. Дагир Хаджи-Алиевич был на редкость интеллигентный мужчина, который, кстати, редко покидал свою уютную квартиру в центре города, куда почти не долетал шум города. Нет, он не был отшельником, он просто сторонился суеты и сутолоки, которые могли бы помешать его творчеству. Доброжелательный и простой в общении с людьми, он никогда и никого не подавлял своим авторитетом. Первыми читателями его книг становились моя тетя Люба и ее муж Хабибуллах Борлаков. Дагир Хаджи-Алиевич много рассказывал о своих поездках в Турцию, арабские страны, где он беседовал и записывал воспоминания людей различных поколений и убеждений. Я не знаю, был ли Дагир Хаджи-Алиевич глубоко верующим человеком, как дядя Хабибуллах, но однажды услышала, как он говорил ему: «В той стране, где религия насаждается государством, всегда будут атеисты. А там, где атеизм насаждается государством, всегда будут верующие».
Дагир Кубанов ушел из жизни в 1993 году, но до последних дней не менялся прищур его мудрых, красивых глаз и не сходила с лица улыбка, в которой проглядывало что-то неистребимо мальчишеское, молодое, словно чувствовал, что будет вознагражден временем и памятью людей, которым выпала честь знать его.

Аминат ДЖАУБАЕВА
Поделиться
в соцсетях