«Это и мое дело»
30-е годы прошлого столетия – один из самых противоречивых периодов в российской истории. С одной стороны, это было время надежд и новых свершений, время грандиозных строек, растущих городов и удивительного энтузиазма народа. Людям казалось, что своими руками они строят не просто заводы и фабрики, они строят новую жизнь, справедливое, счастливое общество; не просто кладут рельсы в непроходимой тайге, а прокладывают путь к светлому будущему для детей. Казалось, что самые смелые мечты могут стать реальностью – нужно только трудиться, не жалеть себя и двигаться к заветной цели. Но была и другая сторона жизни в это время: доносительство, пытки, расстрелы, лагеря. Удивительно, как в одно и то же время могли совмещаться вера в светлое будущее и гнетущий страх за завтрашний день…
Несмотря на значительное количество публикаций, касающихся репрессий XX века, эта тема до сих пор остается актуальной. Пятно несправедливости по сей день не снято с огромного множества людей, невинно пострадавших во время насильственной коллективизации. И сегодня наш разговор с человеком, чья семья не понаслышке знает о политических репрессиях 30-х годов. Наш собеседник – депутат Народного Собрания (Парламента) КЧР трех созывов, председатель комитета по науке, образованию, культуре, спорту, делам молодежи и туризму, руководитель фракции КПРФ в НС (Парламенте) КЧР Исмель БИДЖЕВ.
30-е годы прошлого столетия – один из самых противоречивых периодов в российской истории. С одной стороны, это было время надежд и новых свершений, время грандиозных строек, растущих городов и удивительного энтузиазма народа. Людям казалось, что своими руками они строят не просто заводы и фабрики, они строят новую жизнь, справедливое, счастливое общество; не просто кладут рельсы в непроходимой тайге, а прокладывают путь к светлому будущему для детей. Казалось, что самые смелые мечты могут стать реальностью – нужно только трудиться, не жалеть себя и двигаться к заветной цели. Но была и другая сторона жизни в это время: доносительство, пытки, расстрелы, лагеря. Удивительно, как в одно и то же время могли совмещаться вера в светлое будущее и гнетущий страх за завтрашний день…
Несмотря на значительное количество публикаций, касающихся репрессий XX века, эта тема до сих пор остается актуальной. Пятно несправедливости по сей день не снято с огромного множества людей, невинно пострадавших во время насильственной коллективизации. И сегодня наш разговор с человеком, чья семья не понаслышке знает о политических репрессиях 30-х годов. Наш собеседник – депутат Народного Собрания (Парламента) КЧР трех созывов, председатель комитета по науке, образованию, культуре, спорту, делам молодежи и туризму, руководитель фракции КПРФ в НС (Парламенте) КЧР Исмель БИДЖЕВ.
– Исмель Абдул-Газизович, в День памяти жертв политических репрессий вспоминают тех, кто попал под каток террора. Выясняется, что в большинстве своем это были самые обычные люди, далекие от политики. Мы знаем, что ваша семья, точнее сказать, ваши родители были репрессированы. Какое у вас лично отношение к теме репрессий?
– История – это память народа, дающая знание того, что было. Есть история России, полная подлинного величия, а есть история – жестокая и суровая. И одной из самых трагических страниц в истории России были репрессии 30-х годов XX века. До сих пор не известно точное число репрессированных. Но доподлинно известно, что речь идет о миллионах жертв.
Вы правы, и моей семьи коснулись политические репрессии. Моим родителям трижды приходилось начинать жизнь с нуля: в 20-х годах прошлого столетия, после революции, когда они создавали семью; в 1933 году, когда, уже имея двоих детей, они были выселены из Черкесской автономной области; и в 1951 году, когда вернулись на Кавказ.
По дороге в Сибирь мои родители потеряли двоих детей. Их просто не довезли живыми: дети умерли от голода и холода. Третий ребенок – мальчик, родившийся уже в Сибири, погиб в младенчестве. Затем родился четвертый сын – Музакир, следом за ним появились на свет две моих сестры: Ксения и Тамара. Следующий мой старший брат, Аскерби, и я родились уже на Кавказе…
– Как часто в вашей семье вспоминали эти трагические страницы?
– Скажу так: отец не любил ни вспоминать, ни говорить об этом. Тяжело ли это далось нашей семье? Да, очень тяжело. Приведу один трагический пример. В 1991 году журналист абазинской газеты подготовила материал по воспоминаниям моей матери, по делам выселения. Настолько эти воспоминания были для нее горьки и тяжелы, что, прочитав собственное интервью, она неделю проплакала. Затем, спустя семь дней, ее не стало. Это показатель того, сколько горя и лишений пришлось пережить репрессированным семьям.
Знаете, когда речь заходит о репрессиях, я всегда думаю вот о чем. Конечно, это было порождением системы, однако эта система работала не сама по себе, а благодаря конкретным людям. И вопрос в том, как относиться к доносчикам, стукачам? Я никогда не хотел знать, по чьим доносам были высланы мои родители, хотя работники КГБ мне предоставляли такую возможность… Ведь потом я видел бы в их детях своих врагов. Дети не виноваты, что их предки поступили так. Потому я и не захотел раскрывать их имена.
– На юбилейном вечере уважаемого аксакала из аула Зеюко Галима Аргунова было озвучено, что в республике работает инициативная группа, которая занимается делами репрессированных, увековечением их памяти. Вы, насколько мне известно, входите в эту группу. Расскажите, пожалуйста, о ее деятельности.
– Прежде я бы хотел остановиться на личности легендарного человека, чьи дела и поступки достойны подражания. Это Галим Аргунов, который связывает целые поколения! Галим еще ребенком попал в Сибирь как спецпереселенец. Там, на чужбине, его семья похоронила восемь родных душ! И столько, сколько он сделал для сохранения памяти репрессированных, не разбирая, кто какой был национальности, наверное, нам и не под силу. В течение многих лет он ездил в Сибирь, находя силы и средства, и проделал большую работу по сохранению памяти репрессированных соотечественников. В ходе своих многочисленных поездок он неоднократно поднимал вопрос об увековечении памяти своих земляков, похороненных на сибирской земле. И многое по этому вопросу сделал. Он издал замечательную, в каком-то роде автобиографическую, книгу под названием «Сломанное детство». Несмотря на свой преклонный возраст, а ему больше 85 лет, Галим и сейчас продолжает работать по восстановлению утраченных архивных документов, касающихся репрессированных, по строительству памятников… И это замечательно.
Последующие поколения должны помнить о страшных событиях в годы репрессий. И потому мы тоже не имеем права стоять в стороне. Хотелось бы еще назвать имена людей, которые принимают деятельное участие в сохранении памяти о невинно пострадавших. Это наши земляки Николай Такушинов, Рашид Молов…
Ну а теперь немного – о работе инициативной группы, которая существует уже несколько лет. Туда входят люди, кому не безразличны трагические судьбы народов, переживших страшные моменты, люди, кто в той или иной степени сопричастен к этой трагедии, чьи родные и близкие, или даже родители, были репрессированы, высланы в Сибирь.
Мы решили увековечить память абазин и черкесов, которые волею судьбы были выселены с родных земель. Работа ведется по многим направлениям. Приведу лишь несколько примеров. Так, при непосредственном нашем участии была издана книга под названием «Бессмертие народной памяти», посвященная жертвам политических репрессий. Это первый том издания.
Здесь хотелось бы выразить искреннюю благодарность Государственной Национальной библиотеке КЧР, ее работникам во главе с руководителем Салыхом Хапчаевым, которые внесли большой вклад в это дело.
На сегодняшний день работа не останавливается. Думаю, если будет достаточно информации по репрессированным, то возможно издание вкладыша к первому тому или даже второго тома книги.
Далее, есть еще проекты по увековечению памяти в виде мемориалов, над которыми сейчас идет непрерывная работа. Наша задача – чтобы все это оставалось в памяти людей, в памяти поколений.
– Насколько нам известно, речь идет о памятнике, который будет сооружен в Сибири, и об определении места для будущего мемориала в селе Бавуко Карачаево-Черкесии?
– Совершенно верно. В этому году к 30 октября мы рассчитывали открыть памятник в Сибири. В принципе, само сооружение уже готово. Но пока мы разбирались в спорных вопросах по разрешительным документам, пока искали большой камень для памятника – найти такой в Сибири непросто, – ушло немало времени. Так дело и затянулось. А во второй половине сентября в северной части Сибири уже заморозки. Потому в этом году мы решили не рисковать вести бетонные работы.
Напомню, что один памятник уже есть на самом кладбище бывшей сельхозартели «Красный Черкес». Он был установлен при участии и благодаря Галиму Аргунову и братьям Борануковым, чьи родственники там похоронены. Установлен памятник и в городе Тара Омской области. В основном на средства Галима Аргунова…
Сейчас же мы хотим установить памятник именно на том месте, где был пересыльный пункт, в селе Пологрудово Тарского района. Это паромная переправа и очень большой населенный пункт для сибирской глубинки, с сельским советом и со всеми атрибутами власти. Там проживают порядка 1100-1200 человек.
– Какой именно памятник предполагается воздвигнуть на том месте?
– Делают его по заказу инициативной группы братья Каушлиевы – очень талантливые специалисты.
Серая тумба разделяет верхнюю и нижнюю части памятника. Снизу черное бетонное основание, облицованное черным шлифованным гранитом. В верхней части памятника, в кругу, картина: скорбящая мать с умершим ребенком на руках; подол ее платья держат еще двое детишек. Этот рисунок очень хорошо вписался в круг. Все это уже готово… Мы договорились с сибирскими властями, что памятник будет открыт в следующем году, в июне, когда старинный город Омской области – Тара будет отмечать свое 425-летие. Как было сказано ранее, место, где мы планируем поставить памятник, относится именно к Тарскому району. Представителей нашей республики уже пригласили на этот праздник. И мы обязательно туда поедем.
Ну а вторым памятником, который планируется поставить в селе Бавуко, вплотную занимается Крым Казаноков. Посильную помощь ему оказывает Галим Аргунов. На сегодняшний день определено место, проведен отвод земли, урегулированы вопросы по разрешительной документации. Здесь пока будет установлен памятный камень. Затем, как говорится, «с миру по нитке», пойдет и дальнейшая работа.
Хотелось бы выразить благодарность всем тем, кто неравнодушен к подобным делам и поступкам. Подобная работа будет продолжаться, и мы готовы сотрудничать со всеми, кто захочет внести посильный вклад. Можно обратиться в инициативную группу, лично ко мне…
– Есть такое высказывание, что историческое деяние бывает закончено не тогда, когда оно свершилось, а лишь после того, как оно становится достоянием потомков… Что вы скажете на это?
– И это верно. Нам непременно нужно помнить о прошлом своих народов, своей страны, говорить, писать об этом, а главное, передавать будущим поколениям. И чтобы тяжелые страницы истории не повторялись, мы должны извлечь уроки из нее. Не зная своего прошлого, невозможно понять подлинный смысл настоящего и цели будущего!
Память – вот что отличает человека от других существ. Память – это своего рода дань признания, уважения тем людям, которые вынесли все тяготы на своем пути; людям, не сломленным, не потерявшим жажду жизни, сохранившим человеческое достоинство.
Беседу вела Л. АБИДОКОВА,
заслуженный журналист КЧР.
Последние новости
![](https://denresp.ru/wp-content/uploads/2024/09/1-1.jpg)
![](https://denresp.ru/wp-content/uploads/2024/09/2-1-1200x800.jpg)
{{commentsCount}}
Комментариев нет