ЧЕРКЕССК, 17 сентября. DENRESP.RU – Умар Кончев поделился своим видением текущей ситуации в мире, акцентируя внимание на важности специальной военной операции

Решение России начать специальную военную операцию 24 февраля 2022 года стало поворотным моментом в современной истории. Для западного мира оно предстало внезапным актом агрессии. Однако, если отбросить риторику и взглянуть на хронологию событий через призму национальных интересов и безопасности, картина кардинально меняется. Было ли это нападением или вынужденной обороной?

Руководитель общественной организации «Абаза» и советник Главы КЧР по вопросам общественных отношений и социально-экономических связей с Республикой Абхазия Умар Кончев уверен: «У России не было иного выбора». Годы расширения НАТО, идеологическая война Киева против всего русского и, наконец, реальная угроза ядерного оружия у границ — это был смертельный вызов. Он уверен, это была не атака, а «вынужденная и необходимая мера» — превентивный ответ на годы целенаправленного создания угрозы у самых границ страны.

«Страны коллективного Запада годами наращивали военный потенциал против России руками киевского режима. Если бы мы не начали СВО, то созданная против нас агрессия обернулась бы в будущем куда более катастрофическими последствиями», — констатирует Умар Кончев.

Его позиция находит опору в недавней истории. Он проводит прямую параллель с событиями, предшествовавшими Великой Отечественной войне.

«Тогда фашистская Германия начала агрессию против стран Европы, двигалась к границам СССР. Нападения надеялись избежать, но оно произошло. Победа над фашизмом стоила нам миллионов жизней», — говорит общественник.

Запад, по его словам, открыто заявил о противостоянии, а НАТО, продолжая экспансию на восток, демонстративно игнорировал все красные линии, о которых Москва предупреждала годами, начиная с знаменитой мюнхенской речи Владимира Путина в 2008-м.

Но военная угроза, по мнению эксперта, — лишь один пласт проблемы. Внутри самой Украины годами вызревал идеологический конфликт, целенаправленно направленный на разрыв многовековых гуманитарных и культурных связей. Кончев называет вещи своими именами: запрет русского языка — это преступление.

«Еще в 2012 году я был в Донецке на чемпионате Европы по футболу. В какой-то момент весь стадион, полный местных жителей, скандировал: «Россия! Россия!». По городу все разговаривали на русском языке. Это лишний раз доказывает, что Донбасс всегда был русским», — рассказывает Кончев.

Наш собеседник уверен, именно этот раскол между волей народа и политикой властей в Киеве привел к трагической точке невозврата.

Истинное лицо киевского режима, по мнению Умара Кончева, наиболее ярко проявилось в его безучастности к преступлениям радикальных националистов. Он напоминает о чудовищном акте насилия в Одессе, «когда люди заживо сгорели в подожжённом Доме профсоюзов».

«Западные кураторы предпочли этого не замечать, — с горечью отмечает он. — Мы увидели истинное лицо тех политиков и сил, которые двигают марионеточный киевский режим».

Кульминацией же нарастающей угрозы стало заявление Украины о выходе из Будапештского меморандума и намерении разрабатывать ядерное оружие. Для России это был уже не гипотетический, а прямой и смертельный вызов.

«Мы не могли сидеть сложа руки и наблюдать, как у наших границ наращивают ядерный потенциал, направленный против России. Фактически мы действовали во благо всего мира. И уже сейчас большая часть человечества — на нашей стороне. Нас поддерживают Китай, Индия и другие страны, которые по совокупности населения и экономики превосходят западный мир», — говорит собеседник.

Особая ценность анализа Кончева — в его опоре на свидетельства с передовой. Его давние связи с интернациональной бригадой «Пятнашка» дают ему доступ к бесценной информации из первых рук.

«С бригадой «Пятнашка» мы знакомы очень давно. Это наши земляки из Абхазии, братья. Мы часто встречаемся. Я лично не раз бывал у них на Донбассе, проводил с бойцами долгое время, даже выходил в зону боевого соприкосновения. Мы хотели поддержать их и показать, что мы вместе. Они делились рассказами о своих действиях, о встречах с мирными жителями. Нам рассказывали, что постоянные обстрелы, угрозы и нападки начались ещё после Майдана, когда неонацистам дали полную волю. Пропаганда работала давно, люди ждали войны. Все мы знаем, что ополчение начало сопротивление ещё до СВО и просило помощи у России, не желая жить в нацистском государстве», — рассказывает он.

Что же касается западной попытки сокрушить Россию экономически, здесь, по мнению Кончева, Запад совершил стратегическую ошибку.

«Санкции возымели противоположный эффект. Они дали толчок нашей экономике», — заявляет он. Переориентация потоков на Восток, импортозамещение, открытие новых рынков — все это, как ни парадоксально, стало катализатором «оздоровления экономики, нового витка развития».

Но главный вывод, который красной нитью проходит через весь разговор, — это тезис о героизме и силе духа российского воина. Кончев приводит не общие слова, а конкретные имена и подвиги: летчик Канамат Боташев, ценою жизни спасший товарищей; майор Хизир Балов, посмертно награжденный за вынос раненых с поля боя; и уже ставший легендой Мурат Айсанов, на мотоцикле под огнем уничтоживший более десятка противников.

«Это российский воин, а наши национальные особенности дополняют его силу», — заключает эксперт.

В конечном счете, позиция Умара Кончева — это взгляд изнутри, подкрепленный историческими аналогиями, экономической статистикой и фронтовыми историями. Это анализ, который предлагает не оправдание, но объяснение: в условиях, когда дипломатия исчерпала себя, а угроза стала непосредственной и смертельной, у России не оставалось иного пути для защиты своего суверенитета и будущего.