В Карачаево-Черкесии трудно найти человека, не знакомого с протоиереем Александром Нартовым – настоятелем храма Покрова Пресвятой Богородицы в Черкесске, благочинным Северного Карачаево-Черкесского округа. Однако лишь немногие знают о том, что он является кандидатом психологических наук и исследователем-историком, чьи труды помогли восстановить подлинную историю Покровской церкви в Черкесске.

– Отец Александр, в обществе сложилось представление о некоторой оторванности духовного сана от науки. Как вы пришли к психологии и истории?

– Я преподаю в Ставропольской духовной семинарии уже 22 года. Наличие ученой степени, конечно же, не является обязательным требованием для священнослужителя. Но я окончил Ставропольскую духовную семинарию и Московскую духовную академию в то время, когда они не имели государственной аккредитации. Поэтому возникла необходимость подтвердить мой статус в соответствии с государственными стандартами высшего образования. И я поступил в Институт дружбы народов Кавказа, с которым у семинарии были налажены хорошие отношения, где успешно окончил магистратуру по теологии. Затем я решил повысить квалификацию и поступил в аспирантуру. Поскольку аспирантуры по теологии в Ставропольском крае нет, я выбрал близкую дисциплину – психологию.

– И вы решили защитить диссертацию в этой области?

– Да, в процессе обучения возникла идея диссертации по психологии на тему «Развитие личностной саморегуляции студентов духовной семинарии». Я, как преподаватель семинарии, изучал круг студентов, которых хорошо знаю и которые знают меня. Диссертация предполагала практическую часть – изучение феномена саморегуляции с помощью экспериментов и тестирований. Результаты показали эффективность примененных методик.

Для меня это было новым опытом. Считалось, что диссертация должна содержать новые открытия, но моя задача заключалась в применении существующих знаний о саморегуляции к студентам духовных учебных заведений, в частности Ставропольской семинарии. В итоге я сравнил саморегуляцию студентов светских и духовных вузов. Оказалось, что они практически идентичны, студенческая среда не сильно отличается.

Несмотря на особенности распорядка дня и религиозный компонент, безусловно оказывающий влияние, статистические параметры студентов светских и духовных вузов не сильно различались. Проведенные беседы и тренинги показали свою эффективность в улучшении саморегуляции студентов. Новизна заключалась в исследовании именно студентов духовных учебных заведений, чего ранее не проводилось.

– А что побудило вас заняться историческими изысканиями?

– Мое духовное образование, по сути, связано с философией и историей. Мы изучаем сферу идеального – Бога и его взаимоотношения с миром, что ведет к философскому осмыслению. А воплощение христианских идей или Божественного откровения в мире – это уже историческая дисциплина. В рамках духовного образования и преподавания я связан с историческими дисциплинами, являясь доцентом кафедры церковной истории в Ставропольской духовной семинарии.

Однако это направление стало особенно актуальным после назначения меня настоятелем Покровской церкви в Черкесске и благочинным округа. Оказавшись в удивительном Покровском храме в Черкесске и став священником и администратором в Карачаево-Черкесии, я неизбежно начал изучать историю храма, в котором служил, особенно учитывая близость уникальных храмов X века.

Мои поиски начались в 2017 году, и я обнаружил удивительную историю. Мое исследование стало первым серьезным изучением, поскольку до этого существовали лишь домыслы, рассказы местных жителей и воспоминания старожилов без документального подтверждения.

Я поднял архивы. До меня никто не делал выборку по архивам юга России: Карачаево-Черкесскому, Ставропольскому, Ростовскому, Краснодарскому и Астраханскому. В результате была восстановлена уникальная история Покровской церкви, не изложенная ранее, а существующие версии оказались легендарными и не подтверждались историческими документами.

Как ни удивительно, никто не занимался изучением подлинных исторических документов. Когда я обращался к священникам, связанным с Покровским храмом, они упоминали какие-то книги, но не могли вспомнить детали. Некоторые обвиняли меня в выдумывании собственной истории, но каждый мой аргумент подкреплен реальным историческим документом, там нет места предположениям.

– Можно ли услышать основные выводы из вашего исторического исследования о Покровской Церкви? Самые главные…

– Если сформулировать основные выводы из нашего исторического исследования Покровской церкви, то главное, что удалось установить: текущее здание храма было возведено усилиями хопёрских казаков, жителями станицы, в 1843 году. Важно отметить, что нынешний Покровский храм идентичен Никольскому храму, построенному в 1843 году в станице Баталпашинской. На его строительство в течение восьми лет собирали средства, и он был возведен в центре станицы, оставаясь единственным храмом до 1902 года. У историков-краеведов встречаются упоминания о Покровской церкви, появляющейся и пропадающей в источниках, или о внезапном появлении двух церквей в 70-80-х годах XIX века, происхождение этих сведений остается неясным.

С 1843 по 1901 год этот храм, носивший название Никольского, был единственным в станице. В 1901 году в Баталпашинской закончилось строительство нового, каменного кафедрального собора. После освящения Никольского собора в 1901 году старый Никольский храм временно прекратил свою работу. Всю церковную утварь из него вынесли, и он был закрыт. В это время службы проводились в новом Никольском соборе, а старый храм, которому предстояло стать Покровским, готовили к переносу на окраину станицы.

Именно этот перенос деревянного храма из центра на окраину и породил легенду о его переносе в станицу Баталпашинскую.

– Но ведь не исключено, что эта легенда была создана намеренно, чтобы защитить храм от закрытия в советское время. Попытка придать храму статус исторически значимого места могла быть попыткой спасти его?

– Вполне вероятно. Советская эпоха отличалась жесткой идеологической политикой, направленной на искоренение религиозных проявлений. Храмы и церкви массово закрывались, перепрофилировались под хозяйственные нужды или вовсе разрушались. В такой обстановке любая попытка сохранить культовое сооружение, придав ему ореол исторической ценности, выглядела оправданной и даже героической. Легенда, связывающая Покровский храм с Суворовым, могла стать своеобразной «охранной грамотой» для храма. Указание на его якобы давнюю историю, на связь с какими-либо историческими личностями или событиями, могло повлиять на решение местных властей, заставить их задуматься о целесообразности закрытия этого объекта. Распространение такой легенды могло встретить поддержку среди прихожан и неравнодушных горожан, которые видели в храме не только религиозное, но и культурное наследие. Подобная поддержка, усиленная легендой, могла создать определенное общественное мнение, с которым советской власти приходилось считаться. Таким образом, версия о сознательном создании легенды о Покровском храме Черкесска с целью его защиты от закрытия выглядит вполне правдоподобной и отражает реалии советской эпохи, когда сохранение религиозных объектов нередко осуществлялось путем хитрости и маскировки.

Но теперь нам доступна истина.

Досье

Александр Александрович Нартов родился 1 июля 1981 года в селе Шпаковском Ставропольского края. Окончил Ставропольскую духовную семинарию, Московскую духовную академию, Институт дружбы народов Кавказа. 28 ноября 2004 года рукоположен в сан священника епископом Ставропольским и Владикавказским Феофаном (Ашурковым). Служил секретарем Ставропольской епархии. В 2011 году назначен настоятелем Ольгинского храма города Железноводска Ставропольского края. 16 апреля 2014 года возведен в сан протоиерея. В 2016 году назначен настоятелем храма Покрова Пресвятой Богородицы города Черкесска и благочинным Северного Карачаево-Черкесского церковного округа. День тезоименитства – 12 сентября.