Хаджисмель (Александр) Аджибеков – абазинский поэт, прозаик, переводчик, член Союза писателей России, отличник печати, заслуженный журналист КЧР, народный поэт КЧР, лауреат премии Главы Карачаево-Черкесии в области литературы и искусства.

Он – автор 15 книг прозы, поэзии и художественных переводов, а также более 20 научных работ, посвящённых проблемам абазинского языкознания. Им переведен на абазинский язык ряд произведений Г. Гейне и Ф. Шиллера – выпускник института иностранных языков, Аджибеков хорошо знает немецкий язык. А в сегодняшней подборке – стихи Хаджисмеля Аджибекова в авторском переводе на русский язык. Как убедится читатель, в его творчестве много затаённой боли и горечи. Это личное, чем автор делится с читателем…

_________________________________________________________________

Моя березка

Н. А.

Грустит она,
Любви княжна –
Березка, нежно гнутся ветви.
Рассвета цвет,
Души привет
В ее листве тревожит ветер.

Поет она,
Любви княжна,
О чем-то тайном, без сомненья.
А я молчу,
А я хочу
Тоску свою предать забвенью.

Подаяние

С подаянием малым
Шла по улице женщина-мать.
Рядом плелся усталый
Пес, в надежде удачу поймать.

Сердце вдруг защемило,
Душу матери боль обожгла –
Хлеба часть отломила,
Подаяние псу отдала.

Тот смотрел с пониманьем
То на счастье свое, то на мать…
Глядя в мир с состраданьем,
Тихо плакала бедная мать.

* * *

Вновь возвращается,
Тихо спускается
Вечер на лунном коне.
Звезды холодные
Коврики модные
Медленно ткут в вышине.

Сердце волнуется,
Песня красуется
Здесь у моей полосы.
Знаю для краткого
Счастья украдкою
Тикают где-то часы.

Махаджиры

Чтоб найти отзвеневшее лето,
Улетали на юг журавли.
Их курлыканье дальнее следом
Волны осени мне принесли.

Для меня эти звуки особы –
Песни, плач махаджиров слышны.
И эпохою боли и злобы
Для меня эти звуки полны.

Махаджиры на юг улетели,
Чтоб навечно оставить свой край,
Чтоб судьбы испытать все метели,
Ненавидя заморский свой рай!

Изморось

Моросило всю ночь.
Осень влагой дышала.
А печаль донимала
Так, что стало невмочь.

Сына старшего мне
Детский образ светился.
Детский голос кружился
По холодной стене…

Уже днем моросить
На дворе перестало,
А душа продолжала
Слезы горькие лить.