Денис Струговцов демонстрирует новые ценные экспонаты

Источник — Фото автора

В музее истории церкви и казачества, расположенном на территории Никольского собора в Черкесске, появились новые ценные экспонаты. Об этом и о том, могут ли подлинные предметы прошлого быть интереснее любых цифровых технологий, мы поговорили с руководителем проекта Денисом Струговцовым.

– Денис Дмитриевич, известно, что Тамара Зорина, вдова ветерана Великой Отечественной войны, почетного жителя Карачаево-Черкесии Виталия Гавриловича Зорина, передала вам личные вещи своего супруга. Почему именно этот музей стал хранителем семейных реликвий?

– Решение передать вещи супруга в наш музей Тамара Ивановна приняла совместно с Советом ветеранов города Черкесска по рекомендации его председателя Ханафия Хосуева. Важным аргументом стало то, что наш музей активно посещают школьники, студенты, а также туристы и паломники. А значит, такие экспонаты здесь не будут просто храниться на полках – они будут жить, рассказывая свою историю новым поколениям.

– Что именно было передано?

– Передача проходила в несколько этапов. В музей поступили боевые награды, предметы военного обмундирования, фотографии, наградные листы, другие документы и личные вещи Зорина. Экспонатов достаточно много, поэтому мы планируем специально оборудовать для них отдельную экспозиционную зону. При этом у нас уже есть награды и личные вещи других участников Великой Отечественной войны – священнослужителей протоиерея Петра Козыря и первого благочинного православных церквей Карачаево-Черкесии протоиерея Василия Афонина. Правда, представлены они не в таком количестве.

– Отдельный сектор музея посвящен тематике специальной военной операции. Но я обратила внимание, что и там есть предметы времен Великой Отечественной войны.

– Через эту экспозицию проходят практически все посетители музея. Подлинные свидетельства происходящих сегодня событий вызывают у людей сильные эмоции. И мы намеренно разместили рядом некоторые экспонаты разных эпох, чтобы показать преемственность поколений и связь времен. Например, рядом с алюминиевой фляжкой 1940 года из моего семейного архива находится современная фляжка Асланбека Кокова из села Красный Восток. Они очень похожи и, возможно, даже были изготовлены на одном заводе. На фоне современных беспилотников размещен штык-нож времен той войны, найденный после оккупации в огородах Черкесска. Его передал музею краевед Игорь Михайлов. Две альпинистские кошки дивизии «Эдельвейс», которые достаточно хорошо сохранились, принес Ханафий Хосуев. Интересно, что они абсолютно одинаковые, но были найдены в разных местах и разными людьми.

– Какой эффект дает такое совмещение двух исторических событий, разъединенных многими десятилетиями?

– На этих примерах мы рассказываем молодому поколению о вооружении, снаряжении и предметах, которые использовались в разные исторические периоды. Это позволяет не просто услышать или прочесть о событиях прошлого, но и своими глазами увидеть их материальные свидетельства. Такие вещи обладают особой силой: через них история перестает быть набором дат из учебника, становится более осязаемой.

– Очень компактное помещение и с такой большой смысловой нагрузкой…

– Между тем в этом зале сейчас представлено 350 экспонатов (в том числе военные трофеи), переданных нам 40 участниками СВО. Самое большое количество – около 150 предметов – передал доброволец интернациональной бригады «Пятнашка» Руслан Кильба. Наши героические ребята продолжают дело своих дедов и прадедов, защищая Родину, и для юных посетителей особенно важно понимать, что за каждым предметом стоят люди, их судьбы, поступки, выбор и ответственность перед своей страной. Это и есть преемственность поколений.

– Вижу, здесь нашлось место и для предметов первой необходимости, которые многочисленные волонтеры изготавливают и передают в зону СВО…

– Неразрывное единство фронта и тыла всегда было характерно для нашей страны. Поэтому все, что связано с волонтерской помощью, мы тоже стараемся представить в музее. Здесь можно увидеть маскировочные сети, окопные свечи, сухие души, концентраты домашних супов, браслеты выживания и многое другое. Люди своими руками, находя время и силы, делают важную и нужную работу, снабжают наших бойцов необходимым. За это им огромное спасибо. Напомню, что одна из волонтерских групп базируется здесь же, при Никольском соборе.

– Нельзя не отметить, что с момента открытия музея в 2021 году значительно расширилась и ваша краеведческая экспозиция.

– Да, сегодня здесь уже более 600 экспонатов. В основном их передавали жители Черкесска, Зеленчукского и Урупского районов. Это предметы городского и сельского быта, церковная литература, знамена, картины, некоторые образцы холодного оружия. Есть самовар середины XIX века, кувшины, швейные машинки, старинные утюги на углях, которые назывались «духовыми», поскольку угли внутри постоянно приходилось раздувать. Есть и очень необычные экспонаты, назначение которых сегодня способен определить далеко не каждый представитель даже старшего поколения, особенно если речь идет о сельскохозяйственных инструментах. Иконы нам тоже передают. В непростые времена, когда храмы варварски разграблялись, люди порой с риском для жизни забирали и прятали их у себя. А когда опасность миновала, возвращали их церкви, понимая, что это не частное имущество, а общие святыни.

– Как-то во время одной экскурсионной поездки я случайно услышала такую реплику: «Кому нужны все эти ветхости? Больше бы современных локаций!» В чем, по-вашему, основная миссия подобных экспозиций?

– Чтобы заинтересовать, нужно увлечь. За каждым экспонатом стоит своя история, и наша задача – эту историю оживить. Мы вместе с иереем Александром Гуриным, проводя экскурсии, стараемся адаптировать их содержание как для детской, так и для взрослой аудитории. И в целом ребятам интересно все, что связано с прошлым нашего города и республики. Я считаю, что именно краеведческие музеи, где можно увидеть подлинные предметы, а не только интерактивные экраны, помогают детям осознать свои корни и почувствовать связь с малой родиной. Тем более, у нас такой уникальный многонациональный регион. У каждого народа есть свои обычаи, традиции, культура и история, и все это существует в пространстве взаимного уважения и понимания.

– Какие у вас планы на ближайшее будущее?

– Прежде всего, как можно чаще проводить экскурсии. Очень приятно видеть здесь людей, которые хотят больше узнать о нашем регионе, ведь нам действительно есть чем с ними поделиться. И хотелось бы обратиться к нашим согражданам: если у вас есть интересные вещи с историей – приносите их в музей. Особенно приветствуются атрибутика казачества, национальные костюмы, холодное оружие, кнуты и нагайки. Хотя иногда ценность для музея имеет даже такая простая вещь, как колесо от брички, ведь в повседневном обиходе таких вещей уже давно нет, а ведь лучше один раз увидеть…

– Получается, музей для вас – это не только место хранения старинных вещей?

– Музей – это, прежде всего, место встречи поколений, где прошлое разговаривает с настоящим, а настоящее дает возможность задуматься о будущем. Если молодой человек, выйдя из музея, озадачится вопросами: кем были его предки и как они жили или почему мы должны беречь свою историю и что можем сделать для тех, кто будет жить после нас, – значит, музей свою главную задачу выполнил. Историю невозможно сохранить только в книгах и архивах. Она должна быть частью живой памяти людей. И если нам удается передать эту память молодежи – значит, связь поколений продолжается.

– И напоследок, что будете делать, если экспонатов станет слишком много и музей уже не сможет их вместить?

– Говорить и думать об этом пока рано. Музей еще не заполнен, да и возможности для расширения здесь есть. Мы предлагаем каждому человеку принять участие в этом благом деле. А еще у меня есть мечта: чтобы когда-нибудь Президент России Владимир Путин во время визита в столицу Карачаево-Черкесии заглянул и в наш уникальный уголок. Мы были бы этому очень рады!

Кстати,

музей истории церкви и казачества расположен в Никольском соборе города Черкесска – восстановленном всем миром храме. Его предшественник, Николаевский собор станицы Баталпашинской, украшал станицу 33 года – возраст Иисуса Христа – и был разрушен в 1934 году.