Комсомол без глянца: как это было

13 ноября в 12:50
 просмотров

Депутат Народного Собрания КЧР, кандидат исторических наук Александр Сергеевич Минасов руководил Черкесским городским комитетом комсомола в 1980-1982 годах – в очень нелегкое и противоречивое время, когда декларируемые лозунги часто не соответствовали реальности.
Однако многое тогда, впрочем, как и всегда, зависело от вожака. Вот Черкесскому горкому ВЛКСМ повезло: Минасов сумел превратить его в организацию с человеческим лицом, по-настоящему заботящуюся о подростках и молодежи. Беседа с ним состоялась на ходу, Александр Сергеевич торопился по делам. «Планида у меня такая: быть нужным многим в одно время и в разных местах», – пошутил он.
– Как удалось противостоять застою? Помню, как вокруг тебя всегда кипела работа. Команда, с которой тебе здорово повезло, фонтанировала идеями, пропадая на заводах, в клубах, школах. Окультуривала Зеленый остров… Было бы справедливо, если бы рабочий стаж каждого из вас исходил в то время из расчета – год за три…

Депутат Народного Собрания КЧР, кандидат исторических наук Александр Сергеевич Минасов руководил Черкесским городским комитетом комсомола в 1980-1982 годах – в очень нелегкое и противоречивое время, когда декларируемые лозунги часто не соответствовали реальности.
Однако многое тогда, впрочем, как и всегда, зависело от вожака. Вот Черкесскому горкому ВЛКСМ повезло: Минасов сумел превратить его в организацию с человеческим лицом, по-настоящему заботящуюся о подростках и молодежи. Беседа с ним состоялась на ходу, Александр Сергеевич торопился по делам. «Планида у меня такая: быть нужным многим в одно время и в разных местах», – пошутил он.
– Как удалось противостоять застою? Помню, как вокруг тебя всегда кипела работа. Команда, с которой тебе здорово повезло, фонтанировала идеями, пропадая на заводах, в клубах, школах. Окультуривала Зеленый остров… Было бы справедливо, если бы рабочий стаж каждого из вас исходил в то время из расчета – год за три…
– Это было следствием моей молодости, задора и характера: я сам всегда был в действии и не допускал вокруг себя лени: стагнация порождает отупение мозга. Как гласит пословица, ничего не делает только тот, кто уже все сделал, но таких людей я не встречал. И сейчас, и тогда тоже были активисты, середняки и «топь». Последняя, как ее не тормоши, жила и живет по принципу «моя хата с краю, ничего не знаю». Я смотрю на таких людей сейчас, и мне жалко их, профукали жизнь, превратив ее в существование.
Удовлетворяли собственный аппетит, материальные амбиции – и все… И детей, и внуков своих воспитали по своему образу и подобию – потребителями, равнодушными к нуждам других людей, к проблемам республики. Я таких личностей считаю балластом.
Несмотря на то, что СССР развалился, наше дело оказалось нужным для республики. Это обнадеживает. Моя комсомольская юность дорога мне, я горжусь ею, особенно когда вижу итог работы нашего «ядра» – я имею в виду постоянный пионерско-комсомольский Пост №1 в парке «Юность» (ныне парк Победы), учрежденный 29 октября 1981 года, в день рождения комсомола, у мемориала «Огонь Вечной славы», зажженного 9 мая 1965 года. Работая рука об руку с участниками Великой Отечественной войны, мы, конечно, многому учились у них, в первую очередь – ответственности.
В торжественном открытии Поста приняли участие комсомольские и пионерские вожаки из Новороссийска, Бреста, Владимира, Краснодара, Ровно, Орла и других городов Советского Союза. Это был апофеоз патриотизма, дружбы, сбор единомышленников. Торжественную линейку пионерско-комсомольских отрядов открыл первый секретарь обкома комсомола Владимир Малсугенов. Ветераны войны вручили членам штаба памятное Красное знамя Поста. Помнится, Таня Рыкова от избытка чувств еле сдерживала слезы. Это было очень трогательно. Тогда же члены штаба получили символический ключ от нового трехэтажного здания командного пункта Поста, с музейным залом для сбора экспонатов. Участнику освобождения Варшавы и штурма Берлина подполковнику Псху и партизану-пулемётчику Жарко была оказана честь открыть счет дежурствам на посту. Они же передали эстафету отряду часовых школы №9 г. Черкесска, завоевавшему это право в городских соревнованиях юнармейцев.
При мне на базе Поста № 1 был проведен слет допризывной и призывной молодежи СССР – громадное мероприятие! К нам прибыли высшие военные чины. Одного из маршалов Победы Василия Ивановича Чуйкова мы встречали с ротой почетного караула в два часа ночи. Такого количества военных Карачаево-Черкесия тогда не видела. Я, например, был прикреплен к генералу армии Василию Ивановичу Демченко. Ездили с ним на встречи с рабочей и сельской молодежью. После одной из них директор завода РТИ Юрий Васильевич Павленко пригласил нас «на чай». Накрыли стол, гостей полно и тут кто-то задал Демченко вопрос: «Кем вы работали после войны?» Он – спокойно: «Заместителем Берии». И все надолго окаменели. Потом он стал уговаривать меня выпить чарку водки. Мне, молодому, было неудобно. Стал отказываться, но он привел «железный» аргумент – водку с генералом надо выпить, такого случая больше не будет. Пришлось подчиниться. Через год в Кисловодске отдыхал его сын, знаменитый музыкант, специально сделав крюк, заехал к нам, чтобы поблагодарить за теплый прием отца.
– Ты, кажется, участвовал в восхождении на Марухский перевал, чтобы почтить память солдат и офицеров, погибших там в Великую Отечественную войну…
– Да. Я организовывал восхождение, сбор экспонатов для музея, похороны освобожденных из ледяного плена убитых солдат. Эту черную страницу в истории нашей страны надо было пережить, чтобы понять суть фразы «Никто не забыт, ничто не забыто».
То, что предстало перед нашими глазами, невозможно описать. Ребята постоянно крутили на леднике песни о войне. И мы до боли в сердце чувствовали слова Владимира Высоцкого «Наши мертвые нас не оставят в беде. Наши павшие, как часовые»…
– Ты курировал футбольную команду «Нарт». Поднимал ее престиж после окончательного поражения наших мотоболистов…
– Все верно. Никогда не забуду, как ходил воспитывать игроков, систематически нарушающих правила поведения. Говоришь, а им до лампочки. Никакого патриотизма, все приезжие, сплошное равнодушие… Пришлось изрядно помучиться, пока нашел с ними общий язык. Удача пришла с другой стороны. Обратился ко мне ныне здравствующий тренер Вячеслав Иванович Пчелкин: «Саша, у нас проблемы – детям негде заниматься. Выручай». Нашли неблагоустроенное бомбоубежище в пятой школе – громадное помещение, стены, хлам и больше ничего. Убедил директора отдать его под спортивный клуб. Пчелкин тут же попросил своих воспитанников, а их у него было 250 человек, чтобы принесли по два кирпича. Получилось сразу 500 кирпичей! Я тоже действовал, вызвал комсомольцев со строек: помогите! Откликнулся каждый. Один дал машину раствора для перегородок, другой краску, насобирали все, что нужно было для реконструкции. Устроили потом конкурс штукатуров, и все вышло бесплатно. Потом из комсомольских взносов собрали необходимую сумму для покупки матов и необходимого оборудования.
Сколько вышло чемпионов из обычного подвала, а все началось с мелочи – уборки обычного подвала!
– Твоя команда «кипела» в деле, постоянно совершенствуя методику организационной работы с комитетами комсомола, организуя соревнования…
– Жаль, что это осталось в прошлом, хотя способствовало росту производительности труда. Трудовое воспитание молодежи было одной из наших приоритетных задач. Причем настоящие комсомольцы убедительно доказывали, что ставят общественные интересы выше личных. Инициативы комсомола превращались во всенародные кличи, подталкивающие к радикальным переменам на заводах и фабриках, остро нуждающихся в достижениях научно-технической революции. Но… Случилось то, что случилось. Мы потеряли страну, а вместе с ней идеалы, в которые мы искренне верили. Однако уверен, что комсомольская школа не пропала даром. В лихие безвременные 90-е она помогла нам выжить, остаться людьми.
Комсомольское братство живо и сегодня. Да, мы поседели, многих, увы уже и нет с нами. Но в душе мы по-прежнему комсомольцы и с нами на все времена – любовь, комсомол и весна!

Бэлла БАГДАСАРОВА
Поделиться
в соцсетях