«Мне всегда везло на добрых людей…»

16 октября в 07:14
6 просмотров

Люба Гочияева появилась на свет в 1949 году в селе Ново-Николаевка Киргизской ССР, куда выслали ее будущих родителей во время депортации карачаевского народа в 1943-м. В воспоминаниях девочки не сохранилось ничего трагического, память запечатлела только красоту Тянь-Шаньских гор, удивительные белые кувшинки в окрестных водоёмах да неунывающее веселье живших рядом ссыльнопоселенцев – поляков, этнич. немцев и украинцев, собиравшихся после работы и заводивших старенький патефон.
Иногда отец и мать говорили о Кавказе. Маленькой Любови он напоминал картины Чюрлениса, альбом которого она где-то увидела. Это были подёрнутые серебристым звёздным пологом бескрайние пространства, мир сказки, зыбкость фантастических видений, таинство мистики – и именно такой ей почему-то представлялась далёкая родина.

Люба Гочияева появилась на свет в 1949 году в селе Ново-Николаевка Киргизской ССР, куда выслали ее будущих родителей во время депортации карачаевского народа в 1943-м. В воспоминаниях девочки не сохранилось ничего трагического, память запечатлела только красоту Тянь-Шаньских гор, удивительные белые кувшинки в окрестных водоёмах да неунывающее веселье живших рядом ссыльнопоселенцев – поляков, этнических немцев и украинцев, собиравшихся после работы и заводивших старенький патефон.
Иногда отец и мать говорили о Кавказе. Маленькой Любови он напоминал картины Чюрлениса, альбом которого она где-то увидела. Это были подёрнутые серебристым звёздным пологом бескрайние пространства, мир сказки, зыбкость фантастических видений, таинство мистики – и именно такой ей почему-то представлялась далёкая родина.
Ей не исполнилось и десяти, как в семье заговорили о возвращении. Но на родину, в Терезе, они вернулись позже многих на целый год – отец Любы, Солтан-Хамид, бригадир в колхозе, по работе задержался в Киргизии. «У меня не было чувства, свойственного высланным, – свидетельствует сегодня Любовь Солтан-Хамидовна. – Мне всегда и везде везло на добрых людей, и я никогда и нигде не чувствовала себя обделённой в правах переселенкой».
Родина не то чтобы разочаровала маленькую Любу, но здесь совсем не было кувшинок! Впрочем, за суетой переезда, строительством нового саманного дома, новой школой с клубом «Романтика» о кувшинках она горевала недолго.
Люба стала активной участницей самодеятельности, пела, танцевала, читала стихи. Преподаватель немецкого языка Карл Михайлович Функ учил ее гейневским стихам и называл Лореляйн, русалкой Лорелеей. Школьный класс подобрался дружный, жили одной жизнью. Всей ватагой сбежали однажды с уроков, когда в местный кинотеатрик привезли фильм «Свинарка и пастух», с юношеским пылом обсуждали все события в жизни страны. Шутка ли – человек полетел в космос! Половина одноклассников Любы бредила космосом и мечтала о карьере Гагарина. Но Любу привлекали две, казалось бы, противоположные вещи. Театр и… геология, таинственное прошлое земли. Она любила бродить по родным горам, пытаясь постичь историю их возникновения. Но после окончания школы, перед выпускным балом, когда их учитель поднялся с ней и двумя ее одноклассницами на горный кряж, она неожиданно услышала поразившие ее слова.
 – Ты, – сказал учитель ее однокласснице, – будешь хорошей хозяйкой, ты, – сказал другой, – будешь хорошим учителем, а ты, Люба, станешь артисткой, и твоё лицо я увижу на большом экране.
Отец, когда она передала ему слова учителя, очень рассердился. «Пусть из своей дочки актрису делает», – заявил он, но мать, которая видела, как плакали женщины на школьном концерте, когда ее Люба читала пушкинскую «Коварность», не возражала против желания дочки, и в итоге, когда в 1972 году Евгений Скляров открыл в Черкесске театральную студию при музыкальном училище, Люба оказалась в числе студенток.
Это была настоящая школа актёрского мастерства. Амби Аджиев занимался с ними фехтованием, Светлана Кронблат читала курс по истории театра, эстетике их учил Владимир Обринский, а музыкальную теорию преподавал совсем тогда ещё молодой Аслан Дауров. А вот Скляров не только уделял внимание актёрскому мастерству, но и старался воспитать в них высокие человеческие качества, призывал всегда поддерживать друг друга, как бы ни сложились их актёрские судьбы.
Энтузиазм молодых артистов был огромен, и все они мечтали о том дне, когда смогут продемонстрировать на сцене все, чему их научили. «После окончания курса у меня не было ощущения провинциальности. Провинциальность – это ведь внутреннее ощущение собственной неполноценности, но наша подготовка позволяла ощутить себя в полноте», – говорит Любовь Гочияева.
15 августа 1975 года Люба вошла в состав карачаевской труппы областного Карачаево-Черкесского драматического театра. Первая роль, сыгранная ею в областном театре, была неожиданной для многих. 23-летняя Люба попросила дать ей роль Матери в спектакле «Тени исчезают в полдень». Дебют был удачен, но роли зрелых женщин ей больше не давали, и в дальнейшем она играла в основном первых красавиц.
Те годы породили особый тип актёра – стремившегося не «отыграть роль», но вжиться в неё, постичь ее сокровенный смысл. Получив роль Фенизы из «Изобретательной влюблённой» Лопе де Вега, Люба направилась в… библиотеку, где прочла все, что смогла найти о великом испанском драматурге, изучила все его пьесы и даже нашла иллюстрации костюмов его эпохи!
Но одно дело спектакли, и совсем другое – дни молодости, живые и насыщенные. В это время у Любы, театральной примы, было немало поклонников, но каждый, претендовавший на роль жениха, на ее вопрос «А ты разрешишь мне после свадьбы играть в театре?» давал прозаичный ответ: «Нет». Тем все и заканчивалось.
…Он появился в театре неожиданно и потряс воображение всего женского состава труппы. Бывший офицер, окончивший с отличием режиссёрский факультет на курсе народного артиста СССР Юрия Завадского в ГИТИСе, Асхат Хабичев приехал в Черкесск ставить дипломный спектакль. Такого красавца актрисы ещё не видели. Не только выправка, но и манера одеваться зримо отличали его от остальных: строгий чёрный костюм, белоснежные манжеты, чуть приподнятый воротник сорочки… К тому же, перешёптывались в кулуарах, холостяк…
Для дипломного спектакля он выбрал пьесу Сапара Бабоева «Дочь Санархана». На распределение ролей собралась вся труппа. Молодой режиссёр раздал всем по листку бумаги: «Напишите, как бы вы распределили роли».
Любе очень нравилась роль Зухры, дочери хана, но в труппе была совсем юная актриса, и она подумала, что на эту роль возьмут ее. Сама же она, подумалось ей, могла бы сыграть роль Ясновидящей, тоже очень интересную. Так она и написала. После выяснилось, что на главную роль все актрисы труппы расписали себя, а все мужчины-актёры – ее, Любу. Согласно этому голосованию Хабичев назначил Гочияеву на роль Зухры.
Репетиции продолжались, и хотя в присутствии Асхата у неё неизменно начинала кружиться голова, школа театрального мастерства давала о себе знать. Весь пыл нарождавшейся любви она вкладывала в роль Зухры, а красавца-режиссёра, от которого были без ума все актрисы труппы, словно и не замечала. Тактика оказалась умной, и 8 Марта она услышала от него долгожданные слова любви. В отличие от предшествовавших ему поклонников его речь была совсем иной: «Ты должна сыграть Джульетту и Медею, Розалинду и Виолу, ты должна оставаться актрисой…»
Ну а дальше был скандал. Директор театра в клочки разорвал заявление об уходе, поданное Любой, молодой режиссёр за попытку увоза актрисы был уволен. Но что может помешать пылкой любви? Ничего и не помешало. Свадьбу отпраздновали в гостинице «Черкесск», откуда жених, согласно данному им обету, пронёс невесту на руках до самого театра. Молодые вскоре уехали в Москву, и через год на свет появилась двойня – Назифа и Зинхара. В роддом никогда не пропускали посетителей, но… ему нигде и никогда не говорили «нет», и он появился с огромным букетом цветов.
Однако по возвращении новые сложности оказались непреодолимы: «Я люблю брать препятствия, усиливаюсь при трудностях, но он был ранимым и не умел бороться. Особенно с закулисными интригами…» Он был сломлен неудачами в работе, лихорадочно искал отдушину… И вскоре нашёл её у другой.
…Но жизнь продолжалась. Подрастали дочки. В 1984 году Люба решила поступить в ГИТИС на актерско-режиссерский экспериментальный курс Элины Быстрицкой. Самого своего выступления она не помнит, но, очнувшись, удивилась: она стояла на краю сцены, у самого жюри, а ведь начинала она чтение в середине зала… На глазах Элины Абрамовны были слезы. Любу не просили больше ничего читать, только переспросили фамилию. Она поняла, что принята.
Школа Быстрицкой осталась для нее одним из лучших жизненных воспоминаний. Их, уже опытных актёров, не учили играть, это было обучение внутреннему артистизму на уровне души, уровне более высоком, нежели пройденные до сего дня. Требовался весь наработанный за годы творческий потенциал, чтобы соответствовать предлагаемому здесь уровню.
…По возвращении ее ждали новые роли, новые премьеры. Она теперь научилась не столько играть, сколько чувствовать роль, и это отразилось даже в снах, куда яростно вторгались театральные декорации и монологи ее героинь, где она подчас находила нужное сценическое решение. Из снов приходили и режиссёрские наработки, подсказывающие тот единственно правильный жест, который становился контрапунктом роли…
В середине 90-х ее неоднократно приглашали в кино. Она снималась в фильмах «Холод», «Басурман», «Ермак». Ее типаж «женщины Востока» был настолько притягателен, что режиссёр последнего фильма пригласил ее на пробы, просто встретив на московской улице…
В 1994 году Любовь Гочияева была удостоена звания «Заслуженная артистка РФ», а также награждена медалью «За заслуги» Общероссийской организацией «Российский Союз ветеранов Афганистана». Она является лауреатом и дипломантом Всероссийского фестиваля авторской песни.
В 1997 году Любовь Гочияева стала директором представительства Российского фонда культуры КЧР, а вскоре получила предложение перебраться в Московский театр «МЕЛ», где ей предложили столь увлекавшую ее роль Медеи в пьесе Жана Ануя.
Она переехала в Московскую область и несколько лет работала в этом театре, где после ею была открыта театральная студия «Диалог культур». Любовь Солтан-Хамидовна долгое время была доцентом Гжельского государственного художественно-промышленного института, где вела дисциплины «Основы театрального искусства», «Актёрское мастерство».
 В 2013 году ей присвоено звание «Заслуженная артистка КЧР», в 2014 году она стала членом Общественной палаты Московской области. У неё уже четыре внука. Сегодня Любовь Гочияева – актриса, чьё зрелое мастерство продолжает радовать зрителей и помогает становлению молодых российских актёров.

Ольга МИХАЙЛОВА
Поделиться
в соцсетях