Весна и начало лета 2026 года стали для российских аграриев испытанием на прочность. Сначала – аномальная жара в одних регионах, затем – залповые ливни с градом – в других. Синоптики ещё в мае предупреждали, что на Юге России ожидаются «редкие, но разрушительные ливни, град и шквалистый ветер». Прогноз сбылся с пугающей точностью. С середины мая непогода накрывает один регион за другим, нанося серьёзный урон сельскому хозяйству.

В Краснодарском крае град повредил более 2,1 тыс. га озимых, ущерб превысил 20 млн рублей, а в июне из-за прорыва дамбы затопило 5 тыс. га. В Ростовской области полегло около 10 тыс. га посевов, затем ещё 2,2 тыс. га пострадали от нового града. На Ставрополье повреждено более 100 тыс. га и 700 га садов, в Курском округе град выбил 30% площадей. В Адыгее введён режим ЧС, в Дагестане ущерб от наводнения оценивается в 570 млн рублей.

Стихия не обошла и Карачаево-Черкесию: 19 июня град и ветер прошли по нескольким районам, повредив дома и дороги, но главный удар пришёлся на поля.

Прикубанский район – флагман растениеводства Карачаево-Черкесии. Здесь сосредоточены основные посевные площади республики. В этом сезоне, по данным районного сельхозотдела, культурами засеяно около 30 тысяч гектаров.

– Кукурузы – около 12 тысяч гектаров, озимой пшеницы – 7 тысяч, ячменя (ярового и озимого) – около 2 тысяч, свёклы, подсолнечника – ещё несколько тысяч, – перечисляет начальник отдела сельского хозяйства администрации Прикубанского района Руслан Текеев.

Именно эти поля должны были дать урожай, который кормит не только республику, но и страну. Однако весенне-летний сезон-2026 перечеркнула стихия. Прикубанский район столкнулся с напастью не впервые, первый раз после стихийного бедствия пострадало около трёх тысяч гектаров. И вот теперь – второй удар, ещё более разрушительный.

– Град прошёл полосой, – поясняет Текеев, стоя на поле фермера Мудалифа Эркенова. – Вот смотрите: половина поля пустая – как будто оно и не было засеяно. А дальше уже рядки виднеются.

Полосатый характер осадков – ключевая деталь, которая определит, кому повезёт, а кому – нет. И в этой лотерее проиграл крупнейший игрок. Наиболее серьёзные повреждения зафиксированы в хозяйстве «Хаммер» – одном из крупнейших сельхозтоваропроизводителей не только района, но и всей республики.

– Здесь, по предварительной оценке, пострадало около 5 тысяч гектаров. Колоссальный ущерб при визуальном осмотре, – констатирует собеседник. – Сейчас ещё будем смотреть. Мы поле полностью не считали, бывает так, что край поля сильно пострадал, а на другом краю – нет.

Текеев показывает на поле, где кукуруза достигла 10-15 см:

– Это уже точка роста. Дальше, если растение сломалось, оно уже не вырастет. Если б оно было ниже, если б засеяли раньше, ещё, может быть, были бы какие-то варианты, что оно поднимется.

Вместе с тем, сетует начальник районного сельхозодела, пересев невозможен, поскольку упущены все агросроки.

– Сейчас уже конец июня. Срок высева кукурузы – апрель, 15 апреля и конец мая, – объясняет Текеев. – Кукурузе нужно минимум три-четыре месяца, а то и пять. Июль, август, сентябрь, октябрь – четыре месяца. А в октябре может ударить мороз, и на стадии восковой спелости культура погибнет. Внутри зерна будет влага, крахмала не будет – она не созреет.

Подсолнечник, который ещё можно попытаться пересеять, тоже под вопросом.

– Даже если мы сейчас пересеем подсолнух, для созревания нужно несколько месяцев, а там уже сентябрь-октябрь. Сушка подсолнечника очень проблемная, хуже, чем сушка кукурузы, – предупреждает Текеев.

Второй фактор, усугубляющий ситуацию, – погода. Обильные осадки, которые продолжаются после урагана, превратили поля в болото.

– Сейчас въехать в поле тракторы не могут. Потому что влага, – говорит Текеев. – Я даже решил пройтись по полю – и то не получилось.

Он показывает на мокрую землю:

– Здесь трактор с дискатором не пройдет. Тот дискатор, который за день 40 гектаров делает, и гектар не сможет обработать, будет забиваться.

А между тем на носу – уборка ячменя.

– Ячмень необходимо убрать вовремя, иначе может осыпаться, – объясняет Текеев. – А нам дожди мешают. А дальше пойдёт пшеница – дней через 15-20.

На сегодняшний день комбайны готовы, но в поле не заехать. Каждый день простоя – потерянный урожай. С большим сожалением Текеев резюмирует: эти поля не спасти.

В последние годы в республике много говорят о развитии агрострахования. Минсельхоз КЧР регулярно проводит совещания с аграриями, разъясняя существующие и новые программы страхования, однако, как оказалось, это не панацея.

Собеседник перечисляет застрахованные предприятия в районе: «Хаммер», М. Эркенов, А. Узденов, СПК «Солнечный», СХА «Кубань» и т. д. И тут же признаёт:

– За последние два-три года я не знаю, чтобы кто-то от страховщиков получил деньги. Схема страхования устроена так, что выгодна только страховым компаниям. Страховщики предлагают так: если ты страхуешь не каждое поле, а полностью всю свою площадь, и если твои угодья не пострадали на 100%, то страховка не даётся. У некоторых град прошёл полосой: несколько полей побило, а несколько – нет. А полностью-то не побило.

Собеседник уточняет механизм.

– Если ЧС нет, то 100% полей должно быть уничтожено, чтобы страховка сработала. Если ЧС объявят – страховые компании дают выплату, но только тем, кто застраховался. Те, кто не страховался, не получат ничего, – говорит он.

При этом с 2025 года агрострахование с господдержкой стало основным механизмом компенсации убытков. Минсельхоз требует страховку для получения субсидий: не застраховался – получишь не 100%, а 50% компенсации. Но и страховка не гарантирует выплат.

Переживание Руслана Текеева за аграриев чувствуется в каждом слове. Он знает здесь каждого фермера, понимает, сколько сил, денег и труда вложено в поля, кто-то взял кредит на весенне-полевые работы, который без поддержки государства не сможет погасить.

– Кредиты, долги… Даже пролонгацию кредита не хотят делать в банках. Хотя у нас чрезвычайная ситуация. Просим, вроде обещают, но ещё не было такого, чтобы они делали пролонгацию. Все хотят видеть только свою прибыль. Никто не хочет видеть убыток другого человека. Для небольших хозяйств это особенно критично. У них нет ресурсов, чтобы пережить сезон без урожая, – говорит Текеев.

Начальник районного сельхозотдела сообщил, что документы на ЧС несколькими днями ранее уже подавались по Прикубанскому и Хабезскому районам. Сейчас к ним добавят новые данные. Сегодня или завтра информацию отправят в Минсельхоз.

Пока страховые компании и банки отстаивают свои проценты, фермеры остаются один на один с побитым полем и пустым кошельком.

Удар стихии пришёлся не только по крупным агрохолдингам. Сотни жителей республики остались без урожая на собственных огородах и приусадебных участках. В аулах и сёлах Прикубанского, Абазинского, Хабезского и Урупского районов град уничтожил посадки картофеля, капусты, помидоров и зелени.

– Всё, что сажали – побило. Картошка, капуста – всё как будто косой срезало, – говорит жительница аула Бесленей Марьят Абдокова. – Мы не фермеры, мы просто для себя сажали, чтобы семью прокормить. Теперь даже не знаем, что будем делать.

Стоит отметить, град 19 июня в Карачаево-Черкесии – не рядовое чрезвычайное происшествие. Это сигнал тревоги о том, что система защиты аграриев дала сбой. Страховка не работает, банки не слышат, мелкие хозяйства разоряются. Давно пора создавать резервный фонд оперативной помощи и менять правила страхования – чтобы они покрывали не только тотальную гибель, но и локальные удары стихии. От того, как быстро будут приняты эти решения, зависит, будет ли завтра на наших столах хлеб.

Кстати,

в настоящее время республиканские власти проводят оценку ущерба, нанесённого сельскому хозяйству стихией. Комиссии работают на местах, уточняют площади пострадавших посевов и суммы потерь. Ожидается, что в ближайшие дни будут обнародованы предварительные итоги, после чего станет понятен полный масштаб бедствия и возможные механизмы компенсации для пострадавших аграриев.