Его года – его богатство

2 октября в 08:36
 просмотров

День пожилых людей празднуется с большим размахом, с учетом вкусов дедушек и бабушек, которым страна желает только одного ­- полноценной, счастливой жизни. Долг платежом красен. Мы чествуем стариков, напоминаем детям и молодёжи об их почитании, заслугах, высвечиваем пути решения возрастных проблем. Главная цель праздника – защита прав пенсионеров. Хотелось бы добавить сюда и символическую атрибутику, как, например, в Японии, где пожилым людям презентуют каждые десять лет подношение -­ жилет и шапочку. К определённому юбилею — свой цвет. К столетию — белый. Социологи причисляют такую психологическую «изюминку» к факторам, удлинившим среднюю продолжительность жизни японцев.

День пожилых людей празднуется с большим размахом, с учетом вкусов дедушек и бабушек, которым страна желает только одного ­- полноценной, счастливой жизни. Долг платежом красен. Мы чествуем стариков, напоминаем детям и молодёжи об их почитании, заслугах, высвечиваем пути решения возрастных проблем. Главная цель праздника – защита прав пенсионеров. Хотелось бы добавить сюда и символическую атрибутику, как, например, в Японии, где пожилым людям презентуют каждые десять лет подношение -­ жилет и шапочку. К определённому юбилею — свой цвет. К столетию — белый. Социологи причисляют такую психологическую «изюминку» к факторам, удлинившим среднюю продолжительность жизни японцев.
 Выход на пенсию неприятен прежде всего вердиктом в соответствующем документе -­ «по старости». Потом к нему привыкают и даже «снимают» пенки в виде различных доплат и преимуществ и «облачаются в нафталин» ­- в одежду старомодную, в посиделки на дворовых лавочках с бесконечным ворчанием на молодёжь и оханьем в унисон со знаменитыми поэтами прошлого и настоящего времени -­ Михаилом Лермонтовым («Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя»), Юнной Мориц («Когда мы были молодые… Фонтаны били голубые И розы красные росли. В саду пиликало и пело. Журчал ручей и пел овраг») и другими стихотворцами.

Слава Богу, в последние годы благодаря, вероятно, празднику «День пожилых людей», включающему в себя разные официальные и развлекательные мероприятия, появились новые пенсионеры с модой на позитив. Именно к этой когорте и относится мой герой.
 ­- Пожилых людей принимаете? -­ спросил по телефону приятный мужской голос (это был именно он).
 ­- Конечно, -­ ответила я и поспешила в фойе, чтобы помочь гостю подняться на второй этаж. Но… просчиталась, похоже, поводырём, по всем параметрам, пристало быть, скорее всего, ему, а не мне. Лёгкая походка. Стать. Седые, как лунь, волосы можно было бы назвать предательскими, если бы не их красота и богатство. Поздоровавшись, улыбнулся:
 ­- Несмотря на возраст, в роли пожилого человека выступаю впервые. Виктор…
 Однако, поняв, что для знакомства этого недостаточно, уточнил:
 ­- Виктор Иванович Подрезов.
 Я записала нашу беседу на диктофон. Цитирую выдержки.
 ­- Что, по­-вашему, означает слово «пожилой» ­- старый, мудрый человек?
 ­- Мысль о старости никогда не занимала меня. У жизни свои причуды. Но раз спросили, попробую ответить. В медицинской литературе я не заметил этого термина. Есть нарастание. К преклонному возрасту относятся мужчины с 61-­го года (женщин с 56­-ти лет) до 74 лет, к старческому — с 75-­ти до 90 лет. А дальше идут долгожители. Я, считайте, без трёх минут старик. Такая градация не по мне. Не устраивает меня и психологический расклад, группирующий пожилой возраст с увяданием детоpодной функции организма. Юриспруденция связывает словосочетание «пожилой возраст» просто с пенсионным -­ с этим мирюсь, всё­-таки правовое поле, хаос недопустим. А лично сам я думаю так: если ты потерял интерес к жизни, опустившись до семейных склок, превратился в эгоиста, лелеющего лишь свои болячки, значит, всё, называйся пожилым или старым человеком, как говорится, «хоть горшком, только в печку не ставь»…
 ­- То, что вы не замечаете собственный возраст, не удивительно ­- бодрый, здоровый, тьфу-тьфу, чтоб не сглазить… И силы не занимать…
 ­- Отчасти вы правы. От старости никуда не деться, не спрятаться. Но и блекнуть из-­за неё не стоит. Зато сопротивляться недугам, продолжая приносить пользу себе и обществу, — надо.
Я живу полнокровно, не слушая тех, кто говорит, что если вам за семьдесят, пора ставить точку. Поддаваться паникёрам — не мужское дело. По­-мужски -­ надеяться только на себя и учиться рациональному образу жизни.
Был у меня одноклассник, вечно озабоченный, согбенный, состояние угнетённое, безрадостное. Единственно, оживлялся, лишь когда возьмёт «бормотуху». А ведь, в принципе, жилось ему не хуже, чем мне. Социальные корни были одинаковыми, но я всего добивался сам, а ему подавай блюдечко с золотой каёмочкой. Вечно брюзжал, ворчал… Ушёл из жизни, не дотянув и до шестидесяти лет.
­- Возможно, профессия у вас была необычная…
­- О, сколько их было — профессий! Окончил горно-­промышленное училище. Начинал трудовую деятельность в Украине, с шахтёра-­проходчика. Работал в Молодогвардейске, там, где сейчас бомбят. Шахта была взрывоопасной, и инженеры­-техники запрещали курить. Но мне повезло, обошлось без ЧП, и в армию я попал живым-­здоровым. После неё возвратился в Черкесск, к родителям, устроился на завод холодильного машиностроения станочником, слесарем­-механиком сборочного цеха. Через некоторое время переквалифицировался на четыре года в монтажники, затем вновь вернулся на ЗХМ.
Необычное случилось двадцать два года назад. Василий Гречкин, танцор художественной самодеятельности, друг, с которым, по­-нашему, вырос на одном огороде, пригласил меня на день рождения своей жены. Когда дошло до поздравлений, она потребовала стихи и песни. Я и запел. На том вечере была певица Лидия Гавриловна Луценко. Запомнила меня и порекомендовала позднее основателю Ансамбля казачьей песни города Черкесска Борису Васильевичу Салженикину, нуждающемуся в мужских голосах. И тот, несмотря на то, что я не профессионал, «слухач», взял меня на испытательный срок. Через месяц я уже записывался на радио. Волновался страшно! Вот так стал певцом. К сожалению, Салженикин переехал к сыну, на новое место жительства. Талантливым был руководителем. Оставил тетради с партитурами, до сих пор пользуемся ими — записываем песни. На прощанье попросил лишь об одном: сохраните коллектив. Сохранили. Его место заняла Луценко. Атаманша, как зовём мы её за глаза. Строгая, требовательная, заставит взять любую ноту.
­- Возраст не стал помехой для репетиций? -­ настырно допытывалась я, ведь материал готовился к Дню пожилого человека.
­- Я на нём не заклиниваюсь — силы необъятные. Всю жизнь хожу по утрам пешком. Бассейн — обязательно! Возле Покровской церкви площадку недавно построили прекрасную, оборудованную тренажерами, с вымощенными пешеходными дорожками, пожалуйста, городской терренкур -­ спасибо руководству за заботу о людях! Красивые светильники, удобные лавочки, эстетика — красота! Там пенсионеров тьма ­- и на велосипедах катаются, и на роликовых коньках, один так разгоняется, что обгоняет велосипедистов. Кто-­то избавляется от лишнего веса. Кто­-то восстанавливает здоровье. Один знакомый рассказывал, ногу еле волочил после инсульта. Теперь ходит нормально.
­- Вы когда-­нибудь болели? -­ спросила я, ожидая услышать запрограммированный с самого начала нашей беседы отрицательный ответ. И вдруг неожиданное:
­ – Да. Болею до сих пор.
­ – ?..
­- У меня деформация позвоночника, но врач успокоил — с ней можно прожить до глубокой старости. Помню об этом и не депрессую. Я мастер спорта. Мой конёк — гири. Видимо, перестарался. Был момент, когда не мог даже наклоняться. Справился с напастью за три года — занимался специальной гимнастикой. Не пил ни вино, ни водку, даже пиво. Далось это легко, потому что, если честно, принуждал себя к ним. К примеру, на шашлыках…
­- А если спросить у жены?
­- Спрашивайте. Она вспомнит лишь один случай из семидесятых годов. Хватил я тогда лишку, до сих пор неудобно.
Кстати, раз пошёл разговор о здоровье, удивлю вас ещё. Хронический панкреатит -­ ладно, борюсь с ним потихоньку. Однако никогда не думал, что может подвести сердце. Я очень вспыльчивый. Оно, хотя и не камень, ударило меня за это семь лет назад инфарктом так чувствительно, что оказался я в реанимации. Лежал трое суток под капельницами и думал: Олег Табаков перенёс обширный инфаркт, живёт «на всю катушку», не каждый молодой человек вытянет. Вспомнил артиста Гаркалина и других знаменитых, здравствующих инфарктников и заодно лентяя Обломова, умершего на диване в тридцать шесть лет. Вспомнил и решил: никаких стонов и поблажек, сколько Бог даст лет — все мои. И все я должен сделать счастливыми. К двадцатилетию работы в ансамбле (после инфаркта, между прочим) получил звание «Заслуженный артист Карачаево­-Черкесской республики». На сцене пою и подтанцовываю, всё идёт на высоких эмоциях, однако страха за сердце не ощущаю. Казачья песня здорово помогает сердцу. Встаю рано. Пешие походы — каждый день. Врач предупредил: «Инфаркт не насморк. Нельзя курить, пить». С куревом-­то я ещё в школе разобрался, бросил, даже в календаре отметил свою маленькую победу. Правда, сначала пристраивался к курильщикам ­- подышать дымом, потом чуть не дошло до аллергии. А с выпивкой решил выяснить ради любопытства, что будет, выпил немножко после обеда — хорошо пошла! А ночью ­- приступ, и я сразу понял — алкоголь мне вреден навсегда.
­- Как супруга, Тамара Григорьевна, относится к вашим увлечениям физической культурой и пением?
­- Спокойно, держась в стороне, а куда ей деваться? Она верит мне, я ­- ей. Отпускаю на «девичники». Она тоже не ревнует, когда я уезжаю на гастроли. Чтобы не спрашивали, изменял ли ей, отвечу сразу ­- нет, не изменял.
­- И всё­-таки я затрону эту тему, но в несколько ином ракурсе. Одна привязанность на всю жизнь ­- пресно, скучно?
­- Кому, может, и скучно. Мне — нет. У нас с Тамарой лад. Мы совершенно разные натуры. Она выдержанная, я — взрывной, как порох, но отходчивый. Нет никакого совпада ­- ни в питании, ни в жизненной позиции. Но всё­-таки как-­то умудряемся понимать, любить и уважать друг друга.
Семья для меня святое. И к сыну отношусь с уважением. Правда, стеганул однажды ремнём, но после его демобилизации из армии попросил прощения. Жестокость не метод воспитания, она лишь вызывает озлобление. С тех пор с меня будто гора свалилась. Возможно, поэтому сыну запомнилось только положительное — наши поездки на море, отдых у костра, мои весёлые друзья­-товарищи, совместные просмотры игр спартаковцев, мамино гостеприимство…
Виктору Ивановичу почти 75 лет. Он человек, задвинувший свои болезни так глубоко, что, глядя на него, позавидуешь его самочувствию и моложавости, а после беседы с ним -­ ещё и оптимизму.
­- Для одних, ­- сказал он на прощанье, ­- жизнь -­ мать родная, для других ­- злая мачеха. Какой стороной она повернётся, зависит от человека. Я стараюсь никого не обижать. Известный факт -­ каков привет, таков ответ, ко мне все хорошо относятся. Стыдно перед ними стариковать.

Бэлла БАГДАСАРОВА
Поделиться
в соцсетях