Не каждый может людям так служить

28 июля в 07:15
 просмотров

Работа фельдшера скорой помощи – дело святое. Ему нельзя опаздывать на вызов. Нельзя пасовать перед непредвиденными обстоятельствами. Нельзя паниковать. Нельзя демонстрировать растерянность. Много еще чего нельзя представителям этой профессии ради того, чтобы выполнять основную свою обязанность – спасать нас, людей.
Ирина АПСОВА (на снимке), диспетчер по приему и передаче вызовов, старшая смены МБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» города Черкесска, – ветеран этого учреждения, хотя верится в это с трудом. Быстрая, как огонь. Активная, полная сил и энергии – и машину сама водит, и выход из любой ситуации найдет, и совет даст дельный, но главное ее достоинство, отмеченное сослуживцами, – участливость.
– Ну, как же без нее? – удивляется Ирина Султановна. – Без отзывчивости, сочувствия, сердечности в нашей профессии просто делать нечего. Поэтому каждый наш сотрудник – чуткий, жалостливый человек.

Работа фельдшера скорой помощи – дело святое. Ему нельзя опаздывать на вызов. Нельзя пасовать перед непредвиденными обстоятельствами. Нельзя паниковать. Нельзя демонстрировать растерянность. Много еще чего нельзя представителям этой профессии ради того, чтобы выполнять основную свою обязанность – спасать нас, людей.
Ирина АПСОВА (на снимке), диспетчер по приему и передаче вызовов, старшая смены МБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» города Черкесска, – ветеран этого учреждения, хотя верится в это с трудом. Быстрая, как огонь. Активная, полная сил и энергии – и машину сама водит, и выход из любой ситуации найдет, и совет даст дельный, но главное ее достоинство, отмеченное сослуживцами, – участливость.
– Ну, как же без нее? – удивляется Ирина Султановна. – Без отзывчивости, сочувствия, сердечности в нашей профессии просто делать нечего. Поэтому каждый наш сотрудник – чуткий, жалостливый человек. В «Скорой помощи» я работаю с 1981 года, исключений не наблюдала. Были, правда, случайные люди, которые теряли профессиональную честь, не без этого… Но все они быстро увольнялись.
– А вас чем привлекла эта работа, по сути – сплошные нервы? – поинтересовалась я. – Ведь в ней нет внешней яркой атрибутики…
– Она и не нужна, – перебила Апсова. – Наша работа и без нее – самая значимая, нужная для внезапно заболевшего человека. Ведь от нашей расторопности и знаний порой зависит его жизнь, особенно если это касается сердечных приступов или последствий ДТП.
Что касается нервов… Я никогда не мечтала о покое, хотелось только экстрима. Поэтому после окончания Черкесского медучилища в 1980 году с радостью устроилась по направлению в отделении скорой помощи Малокарачаевской районной больницы. Через год перевелась в Черкесск, в городскую «Скорую помощь» и стала ее патриотом в лучшем смысле этого слова.
– За 37 лет в «Скорой помощи» поменялось несколько главных врачей. Это отражалось на вашем отношении к своим обязанностям? – допытывалась я.
– Нет. Наша профессия халатности, безответственности не прощает. Но, конечно, каждый главный врач оставил тот или иной след в нашей службе. И лучших мы вспоминаем с большой теплотой. Например, главный врач Музахир Джамбулатович Байчоров был прекрасным человеком и специалистом, многому меня научил. Приходил раньше всех на работу. Брал журнал и за десять минут включался в рабочий ритм, не пропускал ни одной мелочи. Евгений Михайлович Беланов, ныне глава города Черкесска, здорово поднял престиж нашего учреждения. Татьяна Никитична Дорохина проработала немного, но запомнилась как трудоголик. Сегодняшний руководитель Анзор Фуадович Охтов ассоциируется с обустройством. «Скорая помощь» оснащена теперь компьютерами с базой данных на больных граждан Черкесска. Уютные помещения, система видеонаблюдения – у подъезда, в коридоре, в диспетчерской и в кабинете амбулаторного приема. Автомобили с регистраторами и спецоборудованием, глюкометры, электрокардиографы «Валента». Облегченные пластиковые ящики для лекарственных средств и инструментов, заменившие 12-13-килограммовых металлических «предшественников». Жаловаться – грех.
Начальство менялось, а штатное расписание оставалось незыблемым. Да и совесть всегда была при мне, поэтому нареканий со стороны руководителей не было. Наоборот, все они положительно оценивали мое старание. Свидетельства – многочисленные почетные грамоты. К тому же я – заслуженный работник здравоохранения КЧР, отличник здравоохранения Российской Федерации. 19 июня меня наградили нагрудным знаком Центрального Комитета Профсоюза работников здравоохранения Российской Федерации III cтепени.
– Говорят, плох солдат, не мечтающий быть генералом. Не хотелось стать врачом?
– Хотелось. В молодости даже пыталась выучиться на него. Поступила в Саратовский мединститут, но потом поняла – не мое. Зачем мне звезды с неба, если и на этой должности я – в своей зоне комфорта, могу квалифицированно оказывать первую медицинскую помощь, знаний и компетенции для этого у меня хватает. Кстати, бывшая завгорздравотделом Нелли Ивановна Мутовина сказала однажды: «Фельдшер скорой помощи по профессиональной значимости на голову выше участкового врача поликлиники».
Так оно, представьте, и есть. Во время дежурств мы соприкасаемся с людьми разных национальностей, принадлежащими к разным слоям общества. Богатые и бедные – все равны перед болезнью. Все нуждаются в нашей помощи, и мы ее оказываем в любое время дня и ночи. В моей памяти запечатлелось немало срочных вызовов, где секундное промедление было бы подобно смерти. Я всегда придерживаюсь беспроигрышного принципа внешнего спокойствия, ни разу меня не подводившего. В глубине души я, конечно, волновалась, когда сталкивалась с какими-то грозными симптомами болезни, ведь в моей работе на кону всегда жизнь пациента, и он должен быть уверен, что его болезнь «боится» меня.
– Ясно. Думала поговорить о призвании, но поняла, оно предопределено особенностями вашего характера.
– Вот именно. И я верна своему предназначению, несмотря на то, что не занялась из-за него высокодоходным бизнесом. Если «перекроить» на мой лад несколько строчек из «Хроник Нарнии» Клайва Льюса, то получится так: работа играет в моей жизни большую роль, она ответственная, нелегкая, но хорошая, необходимая людям и мне, следовательно, не дающая черстветь сердцу и «киснуть» мыслям. Это очень важно, ведь нам постоянно приходилось соприкасаться с чужой болью.
– А почему вы выражаетесь в прошедшем времени?
– Потому что в должности диспетчера я работаю с 2010 года, – ответила она, – а до этого была фельдшером выездной бригады, то есть непосредственно обслуживала заболевших горожан. Признаюсь, тяжело было отвыкать от постоянных встреч с больными, пришлось даже преодолевать психологический барьер, чтобы садаптироваться к рабочему месту за телефоном. Помогло, вероятно, то, что никуда не делся духовный фактор. Я по-прежнему остаюсь в добрых отношениях с позвонившими на наш номер людьми и горжусь тем, что в нашей службе – самой гуманной государственной отрасли – между нами не встали деньги, равнозначные, с точки зрения пациентов, злу. Мы служим заболевшим землякам не напоказ, а по-настоящему. В этом мое счастье, хотя, возможно, не каждому дано это понять.
– Вы наработали достаточный опыт по статистической классификации болезней. Заметна разница в показателях – нынешних и прошлых?
– Конечно! К сожалению, инфаркты, инсульты, гипертония из редких ЧП превратились в повседневность, потому что близкие люди, соседи и родственники резко отвыкли от уступок друг другу, разучились любить. Помню случай, который потряс меня на всю оставшуюся жизнь: внучка еще живой, при памяти, бабушки цинично и спокойно спрашивает, если она умрет, «скорая» отвезет ее в морг? Цена вопроса «светилась» на поверхности и не скрывалась: женщине не терпелось скорее вступить в право наследства.
– Какое пожелание на день рождения вам больше по душе?
– Поскольку вся моя жизнь связана с работой на «Станции скорой медицинской помощи», – улыбнулась Ирина Султановна, – я хотела бы, чтобы мне пожелали дежурств без вызовов на дом. Здоровье земляков для меня – самый лучший подарок.     

Бэлла БАГДАСАРОВА
Поделиться
в соцсетях