Что может школьный психолог

7 марта в 09:03
2 просмотра

В общеобразовательных организациях Усть-Джегутинского муниципального района прошла традиционная неделя психологии. Впервые в ее подготовке приняло активное участие объединение педагогов-психологов общеобразовательных организаций при Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав при администрации Усть-Джегутинского района. Оно создано несколько месяцев назад по инициативе заместителя главы администрации Усть-Джегутинского муниципального района Светланы Лещенко.
Новые формы и методы работы, использованные членами объединения: экспресс-тесты, акции, коллажи, интеллектуальные марафоны, игры, тренинги – привели к большей результативности недели по сравнению с предыдущими.

В общеобразовательных организациях Усть-Джегутинского муниципального района прошла традиционная неделя психологии. Впервые в ее подготовке приняло активное участие объединение педагогов-психологов общеобразовательных организаций при Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав при администрации Усть-Джегутинского муниципального района. Оно создано несколько месяцев назад по инициативе заместителя главы администрации Усть-Джегутинского муниципального района Светланы Лещенко.
Новые формы и методы работы, использованные членами объединения: экспресс-тесты, акции, коллажи, интеллектуальные марафоны, игры, тренинги – привели к большей результативности недели по сравнению с предыдущими.
По словам руководителя объединения Мадины Хапчаевой, прошедшая неделя психологии способствовала созданию в районе единой методической копилки инновационных психолого-педагогических технологий.
Сама М. Хапчаева – практик: психолог-педагог МКОУ «Лицей №7». Участвуя в реализации национальной образовательной инициативы «Наша новая школа», Мадина Хасановна сумела подготовить солидный банк материалов по выявлению причин и профилактике отклоняющегося поведения учащихся от общепринятых устоявшихся общественных норм и устранению выявленных патологических состояний. Именно ее наработки легли в основу деятельности объединения и были учтены во время проведения недели психологии. О них мы и поговорили, когда я посетила лицей.
Хапчаева рассказала о выездном заседании объединения в МКОУ «СОШ ст. Красногорской», «подкрепленном» тренинговыми занятиями, о дискуссии по поводу психологического инструментария для диагностики психического состояния ребенка в начале и в конце учебного года, о принципах аналитики конкретных чрезвычайных ситуаций, разработке единого документооборота, стратегии поведения педагогов-психологов и единой формы характеристик для предоставления в психолого-медико-педагогическую комиссию, определяющую дальнейшую образовательную программу для ребенка, о подготовке методического пособия по собеседованию с будущими первоклассниками и их родителями в плане готовности детей к школе.
Дел в школе у психолога Хапчаевой, как выяснилось, невпроворот. Нужно и психологическую диагностику провести, и с коррекционной работой справиться, и проконсультировать родителей и учителей проштрафившегося подростка, и так далее, и так далее, словом, осуществить все, что, собственно, обеспечивает нормальное развитие ребенка и любовь его к лицею.
«Главное для меня, – поделилась Мадина Хасановна, – не оставлять учащегося один на один со своими проблемами». И, по-видимому, ей это удается. В анонимных анкетах, заполненных детской рукой, не раз встречается бесхитростная благодарность человеку, в жилетку которого не стыдно выплакаться: «Я рада, что у нас в школе есть психолог. Общение с Мадиной Хасановной помогло мне наладить отношения с папой», «Жаль, что я не был знаком с Мадиной Хасановной раньше, она открыла мне глаза, я стал больше ценить жизнь»…
Наше общение постоянно прерывается вопросами учащихся, заглядывающих в кабинет. Чувствуется, что к этой красивой, спокойной женщине они приходят, как к родному человеку. И в этом, признается Мадина Хасановна, ее профессиональное счастье. Работа, несмотря на то, что длится с утра до вечера, не утомляет, ведь ежедневно открываются новые горизонты. «Это увлекает», – говорит она.
Большая часть времени Хапчаевой «растворяется» в психологической диагностике – в групповых и индивидуальных обследованиях учащихся, проводимых с помощью специальных методик и направленных на изучение способностей и особенностей детей. На поверхности анкетирования – изучение уровня развития внимания, мышления, памяти, эмоциональной сферы, особенностей личности и взаимоотношений с окружающими. А подспудно – щемящая сердце неимоверная детская боль, унять которую невозможно порой даже ночью. Процитирую лишь три самых «легких» откровения, остальные, как колючки, – страшно дотронуться: «Я мечтаю, чтобы меня в классе хоть чуть-чуть уважали, а не считали, что я никто и зовут меня никак. Мне кажется, что все сон, и когда я проснусь, все ошибки, которые я сделала, исчезнут, будто их не было», «Я думаю, как хорошо было бы, если бы можно было переписать жизнь, как тетрадь», «Я доверяю людям, а в итоге они меня или предают, или смеются над моей проблемой, или, как мама, считают, что мои переживания не стоят ломаного гроша».
Тестирования и исследования – действенные помощники психолога, благодаря им выявляются «подводные рифы», которые могут принести беду: скажем, травлю слабохарактерного ученика или суицид, если не составить карту безопасного пути, не провести коррекционные занятия. «Все, что способствует безопасности детей, я и мои коллеги выносим на заседания объединения, где оно превращается в квинтэссенцию нашего мастерства и творчества», – рассказывает М. Хапчаева.
Очень волнует психолога такое явление, как «толстокожесть» родителей. «Даже замкнутость собственного ребенка не становится поводом для их беспокойства. А его необщительность рассматривается как символ послушного домашнего ребенка», – делится она, подкрепляя сказанное отрывками исповедей детей: «Самое большое мое горе – смерть дедушки, я любила его больше всех. После его смерти я замкнулась в себе. Никуда не хожу. Никого не хочу видеть. Ни с кем не делюсь, потихоньку плачу. Мне плохо».
«Благодаря неделе психологии , – рассказывает Мадина Хасановна, – обогатилась не только методика по изучению детско-родительских отношений, но и по взаимодействию учителя и класса. Группа риска, правда, осталась без изменений – сказалось добросовестное отношение к ее формированию. Мы добавили лишь несколько практических рекомендаций для учителей и родителей.
Учащиеся из этой группы – сложные. Лично я сто раз подумаю, пока сделаю им замечание или что-либо предложу. Здесь требуются тактика и чуткость, детские души ранимые, коррекционные занятия приходится строить так, чтобы они не были замечены одноклассниками. Поэтому на неделе психологии мы постарались высветить эту проблему особенно тщательно».
– Неужели нежелательные характеристики психического развития ребенка можно устранить без врача-психиатра? – усомнилась я.
– Да, – подтвердила Мадина Хасановна. – Определенные медицинские показания благоприятствуют этому. Впрочем, по ним же корректируются память, внимание, мышление… Альфа и Омега наших действий – стандартные программы занятий и наши самостоятельные находки. Не ограничиваясь теорией, мы используем развивающие, игровые, рисуночные и другие задания. По определенным признакам мы можем спрогнозировать и дифференцировать трудности школьника в учебе и общении и выработать методику их предотвращения…
И Мадина Хасановна вновь и вновь обращается к примерам из своей практики. «На днях подошел ко мне шестиклассник, – рассказывает Хапчаева. – Расстроенный. Опять получил тройку, хотя готовился к уроку, думал – на твердую четверку. Не знает, как дома оправдаться, мама не поверит, что занимался добросовестно. Вместе мы нашли причину, она оказалась довольно распространенной – не очень хорошая память. Подумали, как ее улучшить. Занимаемся, по его просьбе, каждый день.
Мне очень жалко детей, одиноких в классе. Причины разные, вплоть до банальных. Однажды мое внимание привлекла девчушка с постоянно недовольным выражением лица. На переменах она обычно маялась в ожидании следующего урока. Чувствовалось, озлоблена. Понаблюдала за ней несколько дней и, пригласив к себе, попробовала завести разговор.
Он удался. Девочка расплакалась: она хуже всех, некрасивая, серая, никому не нужная. И очень удивилась, когда я обратила внимание на ее «изюминку». Вместе мы немного изменили ее имидж, используя имеющийся у нее гардероб. Поработали. Приёмов для построения гармоничных отношений с однокашниками немало, я использовала только те, которые работали в ее ситуации. Сейчас девочка участвует в художественной самодеятельности. Поверив в себя, «обросла» подругами.
У Саши, назову его так, очень плохие взаимоотношения с родителями. А началось все с мелочи – с еды. С раннего детства они старались насытить его. Мальчик капризничал, отбиваясь от ложек с кашей. Его ругали за это и даже били. Постепенно такая манера общения вошла в привычку. Саша стал огрызаться, дерзить и в других обстоятельствах. В доме – сплошная ругань. Несдержанны все. На каждое слово следуют возражение, окрик, оскорбления. «Счастье – это когда тебя понимают», – написал в сочинении один из героев кинофильма «Доживем до понедельника» – своеобразного художественного путеводителя для психологов. Сашу, к сожалению, поняли в уличной компании. Сейчас я работаю и с ним, и с его родителями. Честно говоря, это трудно. Как и большая часть родителей, они сначала сторонились меня, считая, что психологи нужны лишь в чрезвычайно негативных ситуациях, связанных с психикой. Но раз гора не идет к Магомету, Магомет идет к ней. Я тереблю их, объясняю пользу нашего взаимодействия. И уже есть плоды. Некоторые родители, разобравшись в принципе моего подхода к воспитанию их детей, сами уже обращаются за консультациями».
– Мадина Хасановна, а какова роль школьного психолога в профориентационной работе?
– Конкретные мысли о будущей профессии приходят к подросткам обычно за три года до окончания школы. Я стараюсь не пропускать этот жизненно важный момент, заранее вооружаюсь статистикой о востребованности специальностей на рынке труда. Здесь тоже немало негативных нюансов. Не всегда желания детей соответствуют их способностям, моя задача – донести при необходимости эту мысль до ребенка так, чтобы он не оскорбился, не обиделся, только в таком случае можно правильно подобрать сферу для его профессиональной реализации…
– Как сделать, чтобы дети доверяли своему психологу? В чем, по-вашему, секрет?
– Секрета нет, – говорит Хапчаева. – Краеугольный камень моей работы – непредвзятость. На любую возникшую проблему я стараюсь смотреть со стороны. Дети не раз убеждались в моем уважении к их тайнам и личной жизни, поэтому спокойно делятся со мной. И на диагностику реагируют нормально – знают, что ее результаты я передаю учителям и администрации школы только в обобщенном виде, к примеру, «10 % учеников не сумели…», и делаю это ради того, чтобы иметь возможность устранить проблему для их же пользы…
К слову сказать, с учителями, администрацией мы работаем в тесном контакте, в крепкой спайке. Без поддержки директора Зухры Магометовны Чомаевой не обойтись. В моем случае она колоссальная. Я пришла работать сюда пять лет назад. Признаюсь, не все давалось легко, при этом хотелось новшеств. Не помню, чтобы Зухра Магометовна противостояла им. Даже в самой безумной идее она умеет различить рациональное зерно. Это воодушевляет и, конечно, побуждает к постоянному прогрессу…
В целом, школьный психолог отвечает за психологическое здоровье учащихся. В лицее №7 города Усть-Джегуты наглядным примером такового являются перемены. Дети, как дети: шумят, веселятся, но в пределах нормы… Им здесь уютно. Хотя…
«Так хочется, чтобы меня любили просто за то, что я есть…», – написала в анкете одна из старшеклассниц. Надеюсь, так и будет. Сигнал SOS услышан. Мадина Хасановна сделает все, чтобы помочь девочке…

НА СНИМКЕ: Мадина ХАПЧАЕВА  – психолог-педагог МКОУ «Лицей №7» с учениками.

Бэлла БАГДАСАРОВА
Поделиться
в соцсетях