Профессия риска

16 июля в 07:25
7 просмотров

Указом Президента Российской Федерации Владимира Путина заслуженному врачу КЧР, заведующей детским специализированным отделением Черкесской городской детской больницы, главному внештатному детскому кардиоревматологу КЧР Розе Борлаковой присвоено почетное звание «Заслуженный работник здравоохранения РФ».
Это не первая награда доктора, но самая почётная в её арсенале.
Разговор с Розой Пазлиевной то и дело «оказывался» в духовной колее. Что есть жизнь и где кончаются границы прерогативы врача? Как работают гены? И почему так успокоительны слова «Не бойся, я с тобой»? Беседовали о многом.
Труд для семьи Розы Пазлиевны никогда не был в тягость. Пример подавали родители – отец Пазли Умарович Байчоров и мать Любовь Сеитбиевна Каракетова, считавшие работу не столько источником дохода, сколько возможностью ощущать себя востребованными семьёй и обществом.

Указом Президента Российской Федерации Владимира Путина заслуженному врачу КЧР, заведующей детским специализированным отделением Черкесской городской детской больницы, главному внештатному детскому кардиоревматологу КЧР Розе Борлаковой присвоено почетное звание «Заслуженный работник здравоохранения РФ».
Это не первая награда доктора, но самая почётная в её арсенале.
Разговор с Розой Пазлиевной то и дело «оказывался» в духовной колее. Что есть жизнь и где кончаются границы прерогативы врача? Как работают гены? И почему так успокоительны слова «Не бойся, я с тобой»? Беседовали о многом.
Труд для семьи Розы Пазлиевны никогда не был в тягость. Пример подавали родители – отец Пазли Умарович Байчоров и мать Любовь Сеитбиевна Каракетова, считавшие работу не столько источником дохода, сколько возможностью ощущать себя востребованными семьёй и обществом.

«Отец был позитивным человеком, – рассказывает Роза Пазлиевна. – Именно он основал фермерское движение в Карачаево-Черкесии. Первый президент ассоциации крестьянско-фермерских хозяйств в КЧР, заслуженный работник сельского хозяйства КЧР, заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации, заслуженный фермер Российской Федерации, он сумел добиться успехов даже в ссылке, в Казахстане, окончив с отличием Джамбульский зооветтехникум. После учёбы в Ставропольском сельскохозяйственном институте его назначили на должность главного зоотехника колхоза «Родина» Прикубанского района. Мама была ему под стать. Окончив так же, как и он, с отличием Джамбульский педагогический техникум, преподавала в казахской школе русский язык и литературу, писала стихи. Педагогическую деятельность продолжила и в Карачаево-Черкесии, где более тридцати лет проработала в Ильичевской восьмилетней школе. Необычайно интеллигентная, с детьми была – Макаренко отдыхает. Папа тоже был добрым, мягким человеком, но по статусу главы семьи ему полагалась ещё и строгость. Не помню, чтобы он нас воспитывал, мы просто жили в атмосфере порядочности и доброжелательства, где старшие вели себя так, что мы, дети, понимали без объяснений – честь и достоинство достаются трудом, куда бы ни забросила человека Судьба.
Мой выбор стать врачом одобрили, не колеблясь, когда услышали: «Хочу помогать больным». Отец сказал лишь тогда: «Благородная профессия». Благодарность у меня к ним безмерная – за любовь и умение трудиться – в этом я вся в них.
Родители прожили в согласии 57 лет. Мама – всегда на шаг позади папы. Всегда в заботе о нём, особенно когда болел. Наверное, поэтому она сумела на целых десять лет удлинить его жизнь».
Чувствовалось, Роза Пазлиевна хотела сказать о родителях ещё немало тёплых слов, и не смогла. Не улеглась ещё в её сердце горечь утраты – 14 октября будет год, как отец ушёл в иной мир.
Супруг Розы Пазлиевны Абрекзаур Салихович был творческим человеком, стремящимся к инновациям. Основал в республиканской больнице ультразвуковую диагностику, ставшую впоследствии важной составляющей качественного роста медицинского обслуживания. К сожалению, как это часто случается, определяя причины чужих болезней, он не обратил внимания на свою. Уснул навсегда, когда просыпалась природа, весной 1999 года. Не знаю, быть может, это моя фантазия, но мне кажется, именно такой факт не позволил Розе «завязнуть» в своём горе. Поддержали тогда брат, сестра, родители и, как ни странно, сами того не подозревая, маленькие пациенты, ради которых она делила своё сердце на маленькие сердечки, вернее, полностью отдавала им его.
– Роза Пазлиевна, представить невозможно, что творится в вашей душе, когда в отделение поступает обессиленный ребёнок в противоестественно обездвиженном состоянии.
– Мне очень жалко такого малыша, признаюсь, бывает даже и страшно: сумею ли помочь? Но ребёнка надо спасать, а не сентиментальничать, и я мгновенно переступаю через свои чувства. Мобилизую волю и делаю всё мыслимое и немыслимое, возможное и невозможное, чтобы не остановилось его сердечко. В этом моё счастье и неимоверная человеческая боль, которую в состоянии понять только врачи. Судьба наша такая, детских кардиологов, – работать на грани риска. Сейчас в нашем отделении лечится семилетняя девочка с выявленной гипертрофической кардиомиопатией. Диагноз неутешительный, предстоит пересадка сердца. В республике есть ещё трое таких больных – очень переживаю за них.
Лечение больного ребёнка – великая проверка профессионализма. Об этом вслух не говорится, но всегда имеется в виду. Недаром на эмблеме Союза педиатров России – ребёнок, держащий над головой земной шар. «Сохраним здоровье детей, сохраним Россию» – слоган союза.
– С 2000 года вы – член Ассоциации детских кардиологов России, которую возглавляет руководитель Научно-исследовательского института педиатрии и детской хирургии Мария Александровна Школьникова. Есть ли в этом практическая польза?
– Ну конечно есть, иначе я бы в неё не вступила. Под её эгидой в Москве проводятся ежегодные съезды российских кардиологов, на которых мы узнаём о новых методах лечения и диагностики сложных заболеваний детского сердца, участвуем в выездных семинарах, проводимых в передовых больницах разных регионов страны.
В сентябре, к примеру, откроется IX Всероссийский семинар, посвященный памяти детского кардиолога профессора Натальи Белоконь, где будут представлены новые методические пособия по различным аспектам воспалительных заболеваний мышцы сердца у детей и подростков и нарушениям сердечного ритма, вегетативным расстройствам сердечно-сосудистой системы. Если не лечить все эти недомогания, во взрослом состоянии они могут трансформироваться в инсульты или инфаркты. Будет уделено много внимания патологическим состояниям, связанным, скажем, с нарушением вегетативной регуляции работы сердечно-сосудистой системы, предопределяющим многие недуги. В нашем деле учиться надо всегда, причём параллельно с повышением эффективности организации детской кардиологической помощи, потому что, по данным официальной статистики, высокая концентрация сердечно-сосудистой патологии отмечается в пубертатном возрасте (от 14 до 17 лет). Надо думать, как «переломить» эту неблагоприятную тенденцию. НИИ Школьниковой, как основной педиатрический лечебно-научный центр Министерства здравоохранения Российской Федерации, тоже прорабатывает этот вопрос. Его опыт ценен для нас.
Тревожно осознавать, что среди болезней сердца детского возраста встречаются порой и «взрослые» – инфаркты миокарда, гипертония. Их также надо рассматривать сквозь призму современных исследований. Прискорбно, что очень грубая патология выявляется иногда случайно. Касательно детей подросткового возраста это опасно, так как чревато внезапной смертью. Очень грубая врождённая патология выявляется иногда случайно, во время профосмотра. У нас есть один такой мальчик. Опоздание с диагнозом чуть не стоило ему жизни. Доктор диагностировал у него органическое заболевание сердца, которое закончилось впоследствии пересадкой сердца в Московском институте Петровского. Сейчас, слава Богу, состояние его стабильное. Встречи с российскими и иностранными коллегами, анализ наиболее сложных случаев помогают решать такую и многие другие актуальные проблемы, на первом плане из которых – случаи внезапной сердечной смерти детей. К слову сказать, в нашей республике не было ни одного такого несчастья на уроках физкультуры или на тренировках в спортивных секциях. Правда, однажды прямо с занятий спортивными танцами срочно доставили к нам на приём девочку. Немедленно обследовав её, выставили диагноз – сложный врождённый порок сердца, который был прооперирован на следующий день в Пятигорском кардиохирургическом центре.
– О том, что сердечно-сосудистые заболевания делятся на врожденные и приобретенные, не знает разве что самый ленивый человек. Но вот о причинах, провоцирующих их, известно не каждому.
– Врожденные заболевания возникают у плода в первой половине беременности из-за наследственной предрасположенности, неблагополучных экологических факторов, воздействия внутриутробных инфекций, стрессов или эмоциональных перегрузок будущих матерей. Приобретенные сердечно-сосудистые заболевания возникают в основном из-за не вылеченных до конца инфекций. Поэтому мне хочется воспользоваться случаем и обратиться к читательницам газеты: «Дорогие мамы, даже после обычной ангины может развиться какое-либо заболевание сердца. Обращайтесь своевременно к специалистам. Увы, мы уже имеем детей с очень опасным нарушением сердечного ритма».
– Когда надо показывать ребёнка детскому кардиологу?
– При признаках быстрой усталости младенца во время грудного вскармливания и синевы вокруг ротика. При периодической потере сознания или быстрой утомляемости ребёнка, при жалобах на боль в сердце или на «бешеное» сердцебиение.
– Ваша обязанность, как внештатного главного детского кардиолога республики…
– Функции внештатного детского кардиолога обширны. Это ежедневные консультации, приём детей со сложными нарушениями сердечно-сосудистой системы, отбор на операционное лечение, оформление медицинских документов, определение тактики дальнейшей реабилитации.
– А обязанность, как главного внештатного детского ревматолога….
– Я – член Ассоциации детских ревматологов Российской Федерации. Ежегодно участвую в работе ревматологических секций, проводимых в Москве. Опыт, которым делятся с нами специалисты Научного центра здоровья детей, руководитель ассоциации Алексеева и доктора медицинских наук с мировыми именами, «идёт» потом в работу нашего отделения, кроме того, я передаю его своим коллегам из других медицинских учреждений Карачаево-Черкесии. О том, чем я конкретно занимаюсь в качестве главного детского ревматолога, не рассказать без «загрузки» медицинскими терминами. Поэтому ограничусь замечанием – дел невпроворот.
– Существует мнение, что врачам с больными детьми нужны терпение и знания, а с их родителями – навыки психиатра. Верно ли это?
– Иногда да. Но эта палка о двух концах. В основе несдержанности пап и мам – жалость, страх за ребёнка, готовность взять на себя всю его боль. Им нужно только одно: во что бы то ни стало вылечить своё дитя. Доктор для них – спасательный круг, поданный Всевышним. Можно ли за это осуждать? Или обижаться?
– Что вам дороже всего на работе?
– Хорошее настроение выздоравливающих детей – это придаёт силы.
– УЗИ совершило чудо: мы можем воочию наблюдать за деятельностью сердца – очень волнующе. «Архитектура» этого органа – затейливая и притягательная. Меня, к примеру, поразили внутренние полости, похожие на двустворчатых моллюсков. В нижней части сердца я углядела наковальню с неустанно молотящими молоточками. Как реагируют на эту живую картинку дети?
– Те, кто постарше, задают после УЗИ много вопросов. Я разъясняю им, как врач, в доступной форме физиологию сердца и, как педагог, напоминаю легенду о Данко, спасшем соплеменников с помощью своего «горящего сердца». Эта «закладка» во внутренний мир ребёнка, конечно, не входит в обязанности доктора, но она жизненно необходима, потому что духовность – важная составляющая победы над сердечными заболеваниями, дети должны обязательно принимать участие в собственном выздоровлении. Внимание младших стараюсь на этом не акцентировать, их психика ещё не подготовлена к таким удивлениям. Ребёнок не взрослый человек. Ему не надо объяснять серьёзность болезни.
– Ваше отделение принято считать кардиологическим, но официальное наименование – специализированное – говорит о расширенных функциях…
– Да, отделение рассчитано на 43 койки – 11 кардиологических, 18 гастроэнтерологических, 5 эндокринологических, 5 ревматологических, 4 – дневного стационара.
У нас получают помощь дети с пороками сердца, чаще с врождёнными, реже – с приобретёнными, послеоперационные больные, дети с различными нарушениями сердечного ритма и с другими не менее тяжёлыми сердечно-сосудистыми патологиями. При необходимости мы подготавливаем их для дальнейшего лечения за счёт квот в Федеральном центре сердечно-сосудистой хирургии в городе Астрахани или в кардиохирургических центрах Москвы, Санкт-Петербурга и Новосибирска.
В прошлом месяце детские кардиологи выполнили большую работу по отбору больных для проведения эндоваскулярных хирургических вмешательств на базе Регионального сосудистого центра Карачаево-Черкесской республиканской больницы. Профессор Осиев провёл при поддержке благотворительных фондов «Линия жизни» и «Детское сердце» мастер-класс. Это стало возможным благодаря руководству РСЦ.
У нас лечатся дети и с сахарным диабетом – «сладкие» девочки и мальчики с горькой жизнью. К сожалению, в последние годы эта болезнь «впадает в агрессию», увеличивая количество маленьких страдальцев. Почему возникло такое явление, пока неизвестно. Профилактика и лечение болезней эндокринной системы – это всё наше. Без любви к детям и особой заботы здесь не обойтись. Заболевание сопровождается глубокими нарушениями углеводного, жирового, белкового обменов и развитием недостаточности различных органов и систем, особенно глаз, почек, нервов, сердца и кровеносных сосудов. Родителям нельзя способствовать ожирению детей – весомой дотации, например, к врождённым патологиям гипофиза, щитовидной железы (гипо- и гиперфункции/я), коры надпочечников.
Сахарный диабет надевает разные «маски», например, чрезмерной жажды или энуреза. В последнем случае надо не бежать к бабушке «снимать испуг», а направляться сразу к эндокринологу. Возможны сонливость, неестественный аппетит или, наоборот, его отсутствие, стремительное худение, вялость, экзема, фурункулы, грибковые заболевания, пародонтоз.
Страдающие гипотиреозом, заболеваниями желудочно-кишечнго тракта, больные муковисцидозом – тоже наши пациенты. С ними работают врач-гастроэнтеролог-эндокринолог, отличник здравоохранения Российской Федерации Галина Владимировна Попова, врач функциональной диагностики, детский кардиолог высшей квалификационной категории Татьяна Михайловна Зинченко и другие высококлассные специалисты.
Мы также диагностируем и лечим ревматические заболевания. Это очень серьёзно, потому что для них характерны начальная бессимптомность и системное поражение соединительной ткани, которая присутствует во всех органах человека. Много детей с реактивными артритами, артропатиями, системной красной волчанкой, очаговой склеродермией, ювенильным дерматомиозитом, ювенильным ревматоидным артритом. При необходимости направляем их в Москву, в Научный центр здоровья детей, в ревматологическое отделение. После коррекционной терапии и определения дальнейшей тактики ведения они вновь возвращаются к нам. По просьбе руководства этого центра мы участвуем в программе, направленной на выявление аутовоспалительных синдромов у детей, больных системным ювенильным идиопатическим артритом.
– У вашего отделения – хорошая репутация и в плане обследования, и в плане лечения. Мама Расула Шаова выразила свою признательность поэтично: «Роза Пазлиевна – врач-Добро, несущий радость. Она очень надёжная. В её руках и вода становится лекарством». «Благодаря Борлаковой я перестал страшиться будущего, – поделился Солтан Гулия. – Уверен, страшный диагноз уйдёт насовсем. Сын потихоньку поправляется. Он подвижный ребёнок, но я его, по совету доктора, пока сдерживаю». «Роза Пазлиевна научила меня, как правильно поступать, чтобы моя дочь Томочка не замечала ущербности своего детства. Она понимает её лучше меня. Когда я разошлась с мужем, дочка так переживала, что заболела. Роза Пазлиевна собрала осколочки её души» – это уже мнение Светланы Козыревой. «Она не только врач, но и, по-моему, воспитатель, психолог, настроивший моего четырнадцатилетнего сына на выздоровление», – сказала учительница Вера Степановна Михайленко. Перед беседой с вами я встретилась и с двумя бабушками – Анастасией Лазаревной Петровой и Аминат Айсовной Тлукашаовой, пришедшими проведать своих внуков. Обе в один голос благодарят врачей и лично вас за чуткость и высокое врачебное искусство.
– Это праздник нашей профессии, будни намного прозаичнее. Да, наши доктора опытные, умеют отделять «зёрна» от «плевел» и временно замещать педагогов. Это специфика нашего отделения. Моя задача, а значит, и задача всего нашего коллектива – качественно меняться в лучшую сторону. Меняться постоянно. Однако хочу заметить, что эту благодарность заслуживает прежде всего главный врач нашей больницы Тамара Ахматовна Лайпанова, создавшая для нашего отделения оптимальные условия работы. Ни один наш вопрос не остаётся без ответа, ни одна просьба – без адекватной возможной помощи.
– Щекотливый вопрос. Каждый день одно и то же – больные дети, усталость, родительские слёзы, обходы палат, пятиминутки, «разбор полётов» сотрудников… Не надоело?
– Если иметь в виду, что конечный результат моего труда, впрочем, и моих коллег, – жизнь и здоровье ребёнка, всё перечисленное вами воспринимается как всего-навсего обязательная атрибутика, ну, как декорации в театре. В кардиологии скучать некогда. Надо постоянно решать шарады, чтобы определять диагнозы, зашифрованные в анализах, симптомах и признаках. В процессе лечения «просеивать» свои знания через мировой врачебный опыт, постоянно просчитывать следующие шаги и быть актёром. Дети ведь интуитивные создания – даже дрогнувшее веко способно выдать волнение врача и повергнуть их в страх. Тогда всё – на лечении можно поставить многоточие, ибо нарушится известная гармония: «Нас трое: я – врач, болезнь и ты, больной».
– В этом, вероятно, и кроется суть ежедневного, незаметного подвига врача… Если бы можно было промониторить состояние доктора на работе, самоотверженность и сила духа зашкалили бы…
– Нет, конечно, это из области слишком преувеличенных слухов. Я думаю, здесь больше подойдёт перефразированное суждение о французском актёре Жан-Поле Бельмондо: лопоухий, большеротый, вислогубый, а в общем-то красавец! Так и моя профессия – рискованная, стрессовая, с огромной ответственностью за чужую жизнь и здоровье, а в общем – самая лучшая! В ней всё продумано, вплоть до белых халатов – символа чистоты души медицинского работника, символа моего призвания.
– Почему бы вам не перейти в частную клинику? Заработок был бы на порядок выше.
– Об этом некогда было думать. Но в любом случае я всегда буду сопереживать всем своим маленьким пациентам и лечить детей неплатёжеспособных родителей.
…Попрощавшись с Розой Пазлиевной, я поблагодарила Судьбу за то, что познакомилась с такой обаятельной, отзывчивой женщиной. Наверное, она такая красивая, подумала я, потому что отдаёт своё сердце детям. Её труд святой. Спросите у матерей спасённых ею детей. И они подтвердят это.

Бэлла БАГДАСАРОВА
Поделиться
в соцсетях